Ничего не бойся! Твой Белый

Этот запах больше не пугает. Только кружит голову.

- Завтра у нас сложный день. Много планов. Давай спать.

- Мы поедем к отцу?

- Нет, малыш. Люди сначала узнают всю ситуацию, потом будем с этим разбираться. Тебе туда сейчас не стоит соваться. Его держат на седативах, он с тобой не поговорит.

- Что будет завтра?

- Завтра, я буду влюблять тебя в Россию!

Усаживает к себе на колени.

- Я всё знаю про Россию! - трусь о его уже снова колючую щеку носом. - Сказки... Песни... Фильмы...

- Ну-ка... Ну-ка...Водка, икра, медведи на улицах?

- Медведи - нет, - задумываюсь я. - Медведи - мм... выдумка.

- Отнюдь. Медведей у нас хватает! - иронично играет бровями. – Некоторые, вот даже, вместо собак держат.

- Это правда?! – шокированно распахиваю глаза.

- Да!

- Ты шутишь! – смеюсь. – Я доверчивая, ingenua… И ты – шутишь!

- Спорим?! – азартно протягивает мне руку. – На что?

- У меня нет ничего, - улыбаюсь ему. – Что было – уже всё тебе…

Закрывает глаза, откидывая назад голову на спинку. Губы улыбаются…

Вожу пальчиком по его носогубным складкам. Красивый…

- Что ещё? Про Россию, - отмирает он.

- Уха... Баня... - вспоминаю я. - Прорубь."

"- Тоже круто, да, - кивает он.

- Ещё...

- Дворцы, вальс, снег, сани, шубы, ёлка... Мы ставили ёлку каждый Natale... Capodanno... Украшали как в России. Отец привозил русские игрушки. Мама говорила, что страна ужасная... Я ей не поверила. Я любила Россию. Пока не приехала сюда, - удручённо поджимаю губы.

- Просто тебе попались не те люди. Пора знакомиться с ""теми"". Будут тебе завтра и медведи, и уха, и баня. И люди!

Обнимаясь, лежим в темноте, дыхание громкое и неровное. Уснуть невозможно!

Мы все время крутимся, пытаясь отыскать позу, в которой можно заснуть.

Бьянко меня больше не трогает. Ну, почти... Иногда его пальцы и губы оживают, начинают скользить по моему телу. Но через мгновение замирают снова.

С мучительным стоном, меняет позу. Через пять минут это делаю я. Потом опять он...

Мое бедро рефлекторно двигается по его телу, натыкаясь на эрекцию.

Вздрагиваю, пугаясь. И - первый рефлекс - быстро избежать этого прикосновения. Но... Я притормаживаю, оставляя бедро на месте. Чувствую какой он твердый, горячий, большой...

От этого идут мурашки. Дыхание окончательно перестает подчиняться.

Сонно бормоча, Бьянко отворачивается.

Обнимаю, прижимаясь губами к его спине. И уже почти засыпаю... Но фантазии куда-то уносят. Я прикусываю кожу у него под лопаткой.

С шипением, гасит стон.

Мы снова крутимся.

И опять уже засыпая, чувствую, как он трётся щетиной об мою грудь. Соски твердеют, ноют… Со стоном прогибаюсь, просыпаясь.

Срывается с дивана, прихватывая пачку сигарет. Уходит на балкон.

Мое сердце бьётся, пуская вибрации по всему телу. Прижимая к лицу подушку, вдыхаю глубже, она пахнет Бьянко.

Это так всё мучительно... Горячо... Сладко... Пьяно... Мне кажется, я задыхаюсь.