Ничего не бойся! Твой Белый

- Сколько тачек?

- Одна.

- Ух ты, отважные какие, - хмыкает Муромец. - Значит, ""огнестрельные"".

Протягивает обрез.

- Гера, прикрой-ка нас.

- Да пусть для эффекта на столе лежит, у меня свой с собой

Достаёт из поясной кобуры, взводит. И, накинув куртку, ложится вдоль фургона Громова, под маскировочной тент.

Тачка приближается. Не та, что меня пасла. Другая. Фургон-вездеход. Сменили... Потому и задержались.

- Пеленгуют и твой телефон, и Анин, думаю, - встаёт рядом со мной Громов.

Чёрный фургон останавливается метрах в пяти от нас.

Адреналин пьянит...

Мы тихо обсуждаем.

- Номера открыты.

- Значит, ментов не боятся.

- А кто у нас ментов не боится?

- Менты...

- Бывшие, думаешь?

- Может и бывшие.

- Ну чего, ""Бьянко"", готов с людьми побазарить? Или нам с Илюхой?..

- Я начну, а там как пойдет,  - облизываю губы.

Забираю свой нож со стола.

- Гер, - негромко бросаю я в сторону нашего ""снайпера"". - Подыграй.

Три мужика выходят из тачки. Ни одного знакомого. Значит, охрана дома в загон жертвы не вовлечена.

Вытаскиваю телефон, и нахально щелкаю этих кентов на фоне носа тачки, чтобы запечатлеть номер.

Убираю в карман.

- Вечер добрый, - дернув уголком губ в имитации улыбки здоровается старший. - Нам бы девочку забрать. Родители потеряли, волнуются. Анну Чайкину.

- Чужих девочек у нас нет. Своих не отдадим, - категорично и спокойно заявляю я, поигрывая охотничьим ножом.

Переглядываются, словно ожидая команды.

Хан низко рычит, подергивая нервно загривком.

- Валили бы вы, мужики... - продолжаю я. - Не мешали серьезным людям отдыхать. А то у нас тут стрельба... хищники... несчастные случаи... без вести пропавшие. Страшное дело!

Двое, стоящие на шаг позади главного, распахивают пиджаки, с угрозой демонстрируя стволы. У одного полуавтомат.

- Может, я как-то неясно выразился? - благодушно переспрашивает главный.

- Может, я как-то неясно выразился? - поднимаю руку, имитируя двумя пальцами ствол.

Склоняя голову набок, навожу ""ствол"" в голову главному.

Он с усмешкой и вызовом дёргает бровями.

Резко перевожу на колесо их тачки.

- Бах! - дёргаю, имитируя отдачу.

И в то же мгновение Гера херачит им по этому колесу из засады.

Грохот выстрела.

Гости отлетают от тачки в сторону, толкаясь и матерясь.

Тачка качнувшись, накренивается.

Я опять навожу пальцы на голову главному. Он больше не ухмыляется. Тяжело сглатывает.

- Руки, как это не банально, вверх. На колени.

Недовольно переглядываясь, медленно исполняют.

- Белый, понторез, сколько тебе годиков, а? - тихо ржут сзади Мак с Муромцем.

Ну ты ж сам учил - ""моральное превосходство, половина победы!"" - улыбаюсь я под балаклавой.

Нахмуриваю брови. Чтобы им не показалось, что глаза у меня добрые. Потому что глаза-то может и добрые, а намерения - нет...

- Что ж вы такие негостеприимные? - прищуриваться главный.