Я тебе объявляю дружбу, майор

Перед мысленным взором мелькали картинки вчерашнего дня, а я клялась и божилась сама себе, что больше никогда не буду пить.

– Проснулась, стажер Апокалипсиса? – услышала я до зубовного скрежета довольный голос Мирона. – У, пьянь!.. Не так я представлял твою первую ночь в моей постели, ой не так!

Майор стоял у кровати, уперев руки в бока и щеголяя голым торсом. На бедрах на честном слове держались серые спортивные штаны, а сам Мирон явно забавлялся ситуацией, смотря на меня сверху вниз.

– Мир, – простонала я.

–что? – издевательски поинтересовался Мирон. – Головка вава, во рту кака? А нефиг пить, если не умеешь!

– Я тебя убью, – пообещала я. Подумала и добавила, – завтра!

– Марьяна, бросай пить, тебе мне троих детей рожать. И вообще, ты знала, что женский алкоголизм неизлечим?

Мирон подошел ко мне вплотную, укоризненно покачал головой, взял подушку, подкладывая мне ее под голову, и заставил принять полусидячее положение. Я застонала, а перед глазами замелькали темные круги.

– На, пей, – Мир протянул мне прозрачный стакан, – это поможет.

Я благодарно кивнула, сделала глоток и закашлялась.

– Горько, – пожаловалась я.

– Вчера зато хорошо было.

– И вчера плохо было. Но не так, – вздохнула я, снова делая глоток.

– Может тебе за пивом сгонять? – предложил Мирон.

Я широко распахнула глаза, потому что даже мысли об алкоголе вызывали неприятные спазмы в желудке.

– Нет, спасибо, – гордо открестилась от щедрого предложения.

– Поздравляю, высочество, значит, еще не все потеряно. Хотя ты забавная, когда пьяная. Марья, я даже не подозревал, что ты ТАК в меня влюблена.

– Что? – поперхнулась я.

– А ты не помнишь? – изумился майор. – Как ты мне в любви признавалась, как рассказала, что рисовала мой портрет от точки сердечной…

Мне как-то резко поплохело. Потому что о портретах он точно знать не мог! Господи, пусть не мог! Ну пожалуйста, иначе я сгорю от стыда и на постели Мирона останется только кучка пепла взамен целой меня.

– Не красней, высочество, твои чувства взаимны, правда, художник из меня хреновенький… Но в остальном – хоть сейчас в загс.

– А можно для начала в душ, а? – жалобно пропищала я, хотя сердце от неожиданного признания забилось как одержимое.

– Получается, возражений по первым пунктам нет, – обрадовался Мир.

– Есть. Но я их тебе после душа скажу, – пробурчала я, откидывая одеяло.

Попыталась встать, но голова закружилась, а в глазах потемнело. После нехитрого осмотра поняла, что заботливый Мирон вчера не только привез меня к себе домой, но и переодел в свою футболку, по-джентльменски оставив на мне белье.

– Почему мы у тебя? – все-таки поинтересовалась я.

– Потому что пить меньше надо, – пожал плечами майор, – ты ни в какую не соглашалась дать мне ключи от своей квартиры.