Я тебя купил

— Засранка ты, Сань, вырастил на свою голову, — улыбаюсь и целую ее в макушку.

Зараза мелкая, но люблю я ее больше жизни, и тот факт, что она мне не родная, не играет никакой роли. Малышкой была совсем, когда я ее к себе забрал и пусть растил я ее не в тех условиях, в которых должны расти девочки, но все же воспитал из нее сильную личность.

Демину в качестве ее мужа я по началу не обрадовался, но Санька сама сделала свой выбор, да и постоять она за себя в состоянии, мне скорее за нервные клетки ее мужа стоит переживать.

— Можно я у тебя останусь, пока Дима не вернется? — настороженно спрашивает она.

— Оставайся, — киваю, выпуская ее из объятий, — обломщица, блин.

— Ой, велика потеря — одно утро без секса, — закатывает глаза и возвращается за стол.

— Заноза ты в заднице!

Два месяца спустя

— Давай, папаша, за тебя! — киваю зятю и опрокидываю бокал. Санька два дня назад пацана родила, крупного, три шестьсот. Материла мужа так, что все родильное ее слышало, а этот только лыбу давил. Как курица наседка вокруг жены хлопотал, так достал ее, что не выдержав, та послала его по одному известному адресу, и меня вместе с ним, чтобы не потерялся.

— Я то, чего, Сашке спасибо — отмахивается Демин, — я когда Макса на руки взял, понял — вот оно счастье, — произносит он с дебильно-счастливым выражением лица.

Со стороны доносится смешок, а потом и вовсе откровенный ржач Грома.

— В последний раз я тебя таким видел, когда ты Шему мою на руках носил, — продолжая ржать, говорит Гром.

— А ты не завидуй, кошара до сих пор меня больше, чем тебя любит.

— Еще бы, она ж с тобой жрала бесконечно.

Выпили мы много, все-таки пацан родился, я так вообще дедом стал. Санька с Громом как сговорились, достали, малявка вбила себе в голову, что мне жениться нужно, а этот подхватил, друг называется. Ему, конечно, повезло — жена с него пылинки сдувает и смотрит так, как будто вокруг него весь мир вращается, что не может не радовать, с Димой тоже все ясно, у него Санька моя. А мне вот на хрена? Таких баб как эти — раз, два и приплыли, зато я прекрасно помню опыт Котова, как и его женушку, не надо, спасибо. Да и незачем, меня и так все в жизни устраивает, у меня Санька есть, теперь вот еще и Макс, другой семьи мне не надо и геморроя в виде постоянных отношений тоже не надо.

— Все, мне пора, — опустошив бокал, Гром поднимается с дивана, — меня Инга с сыном ждут.

— Каблук ты, Гром, — усмехаюсь я.

— Так я и не отрицал этого никогда, — пожимает плечами друг.

— Я тоже поеду, завтра Сашу с Максом выписывают, — следом за Громом с места поднимается Демин, — ты, кстати, тоже обещал быть, — напоминает он.

— Обещал, значит буду, — киваю зятю.

Я, конечно, рад, что он заботится о благополучии моей дочери, но все равно лишний раз убеждаюсь в том, что отношения — это зло.