Я тебя верну

— Зачем ты его ударил, если благословляешь в итоге? — спрашиваю я.

— Из-за тебя. Ты же испугалась.

— Да. Немного. Уже все прошло. Но я... не хочу больше такого. Я с тобой только.

Дух перевожу.

Мы садимся в крузак. Мне стыдно, что подумала, будто это Данил нанял стриптизеров и наблюдал за моей реакцией. Это алкоголь во мне говорил. Дураку понятно, что Данилу подобное в голову бы никогда не пришло.

— Пашка выпил, я обещал свозить его за Лизой. Ну мы и зашли посмотреть, как вы там.

— И что ты увидел?

— Что тебе страшно. Сидишь на стуле, зажалась вся. Эти двое, которым уплачено, пляшут, ведущая пытается фотографировать, да кадра нет подходящего.

Я киваю. Беру его за руку, и он сжимает мои пальцы.

— Мелкая ты еще для взрослых шоу.

Я улыбаюсь. Данил тянется к бардачку и достает оттуда шоколадку, которую, наверное, для Миры купил. Протягивает мне.

Я принимаю подарок и смеюсь. Машина трогается.

С удовольствием жую свой шоколад и понимаю, что мы снова не домой. Данил привозит меня к отелю на трассе. Тому самому, в котором мы провели его прошлый мальчишник. Где случился мой первый раз. Красивый, страстный, незабываемый.

— Раз уж у нас сегодня бабушка хозяйничает... — говорит Данил загадочно. — Хочу проветриться.

— Может, мы поговорим о том, что случилось?

— Давай не сейчас. Я... пока не привык так много разговаривать. После свадьбы, хорошо?

Уже при входе понимаю, что так и не сняла фату. Таскаюсь с ней, но пофиг. Пусть будет уже. В прошлый раз я была здесь в роли любовницы. Сейчас —официальная невеста.

В ресторане играет живая музыка. Людей немного, но заметно, что все очень состоятельные. Солидный мужчина в возрасте поет песни Стинга.

Мы занимаем столик.

Я радостно соглашаюсь! Он обнимает меня, а я его.

— Есть у меня традиция: сбегать с мальчишника и проводить этот вечер с тобой, — говорит он.

Я краснею и киваю.

— Я скучала по тебе, — шепчу.

— А я по тебе.

— Этот мужчина, он твой конкурент из Москвы, да? — спрашиваю я.

— Все на деньгах замешано, малышка. Как я бросил фирму и уехал на хутор, его доходы резко упали. Все всегда из-за денег, соперничества, зависти.

— Но мы ведь с этим справимся?

Данил усмехается:

— Главное, что ты передумала от меня бежать с Мирославой ночью по трассе.

Я смеюсь.

— Передумала, — подтверждаю милостиво. Потом спохватываюсь: — Данил, в июне, сразу после моей сессии, мы с Варей хотели бы слетать в Омск, поставить папе памятник. Говорили об этом вчера. Ты не против?

Он молчит.

— Если ты против, можем перенести. Просто... мне кажется, ей бы это помогло. Как и мне когда-то. Нехорошо, что там крест деревянный. У нас с ней есть сбережения.

— Я не против, Марин, — говорит он. — Но дело в том, что я его уже поставил.