Я тебя верну

Ну что, готова?

— Смотря к чему, — отвечаю я, смутившись.

Лёша тянется, целует меня в щеку. Потом выжимает педаль газа. Честно говоря, в глубине души я догадываюсь, о чем пойдет речь. В последнее время у него появились какие-то срочные дела с отцом, он часто срывался с учебы, летел на другой конец города. Но на любые вопросы отвечал уклончиво.

Мы долго едем по ночному городу, а потом останавливаемся у новой высотки. Дом огромный, двадцатиэтажный, но горящие окна можно по пальцам пересчитать. Видимо, его только-только сдали. Во дворе большая детская площадка, парковка полупустая.

— Ты снял квартиру? — спрашиваю я, делая вид, что ничего не понимаю.

— Тепло, — отвечает с энтузиазмом Алексей. Достает из куртки ключи и показывает мне. — Идем скорее, не терпится тебе всё показать!

Мы выходим из машины и спешим к подъезду. Едем в лифте на семнадцатый этаж. Переглядываемся.

Наконец, Лёша открывает входную дверь, и мы заходим в коридор просторной квартиры.

Стены белые, с потолка свисает кабель.

— Думаю сделать перепланировку, — взахлеб начинает рассказывать Алексей. — Вот эту стену снести. Объединить санузел.

Кстати, есть еще один отдельный туалет. Вот, смотри. Круто, да?

— Не то слово! — взмахиваю руками. — Лёш... она твоя? Серьезно?

— Все шестьдесят семь квадратов до последнего. Отец утром подписал дарственную.

— Ура! Боже, как же классно! Поздравляю!

Мы крепко обнимаемся, и Лёша кружит меня на руках.

Помимо двух санузлов и коридора, в квартире обнаруживается кухня-гостиная, две небольшие спальни и застекленный балкон.

— Вид ошеломительный! — восхищаюсь я, подходя к перилам.

Весь город как на ладони. Спрашивать страшно, сколько здесь стоит жилье.

Но, учитывая, что Лёшины родители занимаются строительным бизнесом, для них, наверное, сумма приемлемая.

— В понедельник встречаюсь с прорабом, начнем делать ремонт. Экстренно. Я уже не могу с ними жить. Всё.

— Как у тебя получилось убедить родителей?

Долгое время они были категорически против того, чтобы Лёша жил отдельно. У его отца была фобия, что сын пойдет по наклонной.

— Всё получилось до изумления просто, когда я сам понял, чего хочу, — объясняет Алексей. — Все мои предыдущие хотелки действительно были капризами. Напрягал контроль.

Ты же знаешь моего отца, он вечно подозревал, что я или алкаш, или наркоман. Но...

— Но... — подбадриваю я его.

— Когда я познакомился с тобой, всё изменилось. Ты мне показала другую сторону жизни. У меня глаза словно открылись.

Я смеюсь. «Другую сторону жизни». Он как скажет! Пример нашей фрикастой семейки хоть кого-то воодушевил на подвиги.

— Это правда. Если раньше я думал: самое страшное, что может со мной случиться, — подружка залетит... Ты показала, что можно быть счастливой и воспитывать дочку.