Я вас не звал!
Под гнусным предлогом и с помощью политического шантажа начинается «миротворческая миссия» на территории России, которая по сути запланирована как ограбление и оккупация. Много лет «кукловоды» вынашивали эти планы, и время пришло. Но не все продались, не все забыли, что такое Родина, и планы врага были сорваны, однако мир за это дорого заплатил, пережив ядерный конфликт. И теперь людям, выжившим на восточных рубежах некогда великой страны, предстоят суровые испытания. В боях, в труде, но мы справимся, мы сильный, никем и никогда не покорённый народ – русский народ!
Пока ты там совещаться будешь, я к себе да к родителям заеду на квартиры, надо кое-что прихватить оттуда.
– Вот, кстати, держи, – Дима протянул мне мой военник. – Я подрезал у тебя, пока ты дрых, по всей территории пропускной режим работает, да и комендантский час. Там на корочке печать части Батиной стоит с пометкой и подпись его же, теперь ты посчитанный гражданин нашего… даже не знаю, как сказать… анклава, что ли. Причем с полномочиями. Только не загордись, ты теперь на должности заместителя командира разведгруппы первой бригады ополчения… ну, во всяком случае, так нас в штабе обозвали.
– А кто у нас командир?
– А командир у нас я, – улыбнувшись, ответил Димка. – Так что дуй собираться, прогревай своего «Датсуна», да поехали.
– Есть! – деланно важно ответил я и отправился заводить машину, напевая на ходу старую песню: – …впереди командир… на нем синий мундир…
Через полчаса мы с Димкой уже подъезжали к КПП-1. Среди постовых промелькнула пара знакомых лиц, с которыми я поздоровался кивком. КПП стал похож на небольшой форт с внутренним двором – пропускным шлюзом, шириной четыре и в длину десять метров, по бокам на два метра в высоту шли бетонные блоки и железо-бетонные панели (начали разбирать разрушенные дома), за которыми располагались шестеро бойцов, готовых отрыть огонь через несколько бойниц. Въезд и выезд этого шлюза перекрывали обрезки рельсов высотой в полтора и с шагом в метр, которые в свою очередь просто втыкались в трубы, закопанные в землю. За пятьдесят метров перед КПП был установлен щит с надписью: «Движение 5 км/ч, убрать руки от оружия». Еще один щит висел на самом КПП: «Остановиться, покинуть транспорт, приготовиться к досмотру». Сам периметр КПП был обтянут «егозой», кустарник и деревья выпилены метров на двести.
– Сурово у них тут, – сказал я, снизив скорость и переключившись на первую передачу.
– А то! Не забалуешь. Тормози давай, выходим. И документы на проверку приготовь.
– Ясно.
Прежде чем поздороваться с нами, старший смены, высокий старлей (помню его, он инспектором по розыску в ГИБДД работал) по-честному проверил у нас документы и заглянул в машину.
– Ну что, партизаны, с чем пожаловали?
– Я в штаб, Леха, вон, домой заскочит – шмоток собрать, да потом вместе обратно, – ответил за нас обоих Димка."
"– Ясно, проезжайте, – ответил тот, записал нас и машину в журнал и дал команду пропустить.
Мы поехали дальше, и я спросил у Димки:
– Какие тут еще нововведения?
– Да всё по-старому. Почти… а, ты автомат или в машине оставляй, или магазин отстегивай.
– А не сопрут из машины-то?
– Есть вероятность, так что лучше магазин отстегни и гуляй, а пистолет таскай, с этим проблем нет.
– Что еще?
– Ну, если патруль остановит, не борзей: документы проверят, и разойдетесь.

















