Я вас не звал!
Под гнусным предлогом и с помощью политического шантажа начинается «миротворческая миссия» на территории России, которая по сути запланирована как ограбление и оккупация. Много лет «кукловоды» вынашивали эти планы, и время пришло. Но не все продались, не все забыли, что такое Родина, и планы врага были сорваны, однако мир за это дорого заплатил, пережив ядерный конфликт. И теперь людям, выжившим на восточных рубежах некогда великой страны, предстоят суровые испытания. В боях, в труде, но мы справимся, мы сильный, никем и никогда не покорённый народ – русский народ!
Дорога обратно заняла часа полтора, сделали несколько хитрых зигзагов, пару раз ехали прямо по мелким речкам. У одной из рек, когда проверял брод, заметили нескольких фазанов в кустах, трех удалось подстрелить – вот и доказательство охоты.
Добрались до места. Гостей не было.
– Сань, надо бы какие-нибудь «контрольки» придумать.
– В смысле?
– Ну, в смысле, как сейчас, например. Приехали мы такие все из себя уставшие и невнимательные, а тут раз – и засада. И как засадят, не спиливая мушки.
– Да, что-то не подумал.
– Ладно, завтра придумаем и «контрольки», и по сигнализации периметра надо что-то придумать. Давай, вываливаем трофеи.
Инвентаризация показала следующее: лопата, ломик, два чемоданчика с красными крестами – серьезные такие вражеские аптечки, приличный ящик с инструментом, две двадцатилитровых канистры – одна пустая, вторая с бензином.
С каждого бойца НАТО мы поимели: каска с прибором ночного видения, бронежилет, налокотники и наколенники, штык-нож, переговорное устройство, «Кэмелбэк», противогаз.
Из трофейного оружия: пять карабинов М4 – компактный вариант автоматической винтовки М16А2, и одна винтовка М110 – та, что из контейнера, она была под 7,62х51. Пять пистолетов – девяносто вторая «Беретта», несколько коробок с патронами, куча магазинов, двадцать пять гранат.
Да, разбираться еще с этими вражескими железяками… От наших погибших ребят нам досталось два АКМС, к ним восемь магазинов, причем все пусты, и ПМ с двумя магазинами, тоже пустой.
В общем, толку пока от этих трофеев не много, надо разбираться. Справились только с пистолетами, нашли к ним около двух сотен патронов «9х19 парабеллум», удобные пластиковые кобуры на бедро или на пояс – как хочешь. В целом пистолет мне понравился. Кобуру примостил на пояс, туда же два дополнительных магазина в подсумке.
Поужинали, заварив бульон из кубика и какую-то розовую субстанцию вроде мяса из натовского сухпая. Я достал из «тревожного рюкзака» флягу со спиртом, отлил грамм двести в котелок и разбавил водой один к одному.
– Давай помянем наших мужиков.
– Давай, – согласился Санек, достал из кармана стопку удостоверений и паспортов.
– Запакуй герметично и вон – между корней спрячь.
– Ильин Тимофей Андреевич, Захаров Николай Петрович, Немченко Иван Тарасович, Фомин Игорь Сергеевич, – открывая каждый документ по очереди, читал Санек.
– Ну, помянем…
– Давай дежурить по два часа, сил нет, – сказал я.
– Хорошо.
– Иди ложись, я еще посижу.
Санек побрел, пошатываясь, к Басику, поправляя кобуру с трофейным пистолетом.
Я продолжал копошиться в трофейной мелочевке, вытряхнутой из подсумков и кармашков."
"Нашел бумажник, открыл.

















