Я выбираю быть твоей

А тем временем я уже начинаю узнавать тот самый коридор, в котором находятся личные покои адамира."

"Значит, слиянию сегодня всё-таки быть. Что-то мне не по себе как-то становится. В чём оно хоть заключается? А то мои предположения всё как-то сплошь постельного характера.

Но спросить я уже не успеваю, потому что мы подходим к нужным дверям, а те распахиваются, повинуясь воле Рока. Он вносит меня в гостиную, дверь захлопывается, и мы застываем посреди комнаты.

— Ты голодна? — мягко интересуется Рок, ставя меня на ноги. И прежде чем я успеваю ответить, сам же и отвечает.

 — Голодна. Я приказал подать нам ужин, как только закончится слушание. Сейчас принесут. Можешь пока присесть, отдохнуть.

— Ты… знал, чем всё закончится? — поднимаю я на него глаза.

— Я рассчитывал на такой исход. И не ошибся. В тебе, — слышу в ответ удовлетворённое признание.

Ну да. Сложно ошибиться в том, чьи мысли читаешь. Из груди сам собой вырывается горький смешок. Я перед ним, как на ладони. Все страхи, тревоги, сомнения и надежды. Даже те, в которых я сама себе боюсь признаться. А он… что собой представляет мужчина, с которым буду связана на всю жизнь? Что будет, если у нас не получится нормальная семья? Или если наши понятия нормальности различаются? Сомневаюсь, что у куардов предусмотрены разводы.

Ощущение захлопнувшейся ловушки становится слишком слишком острым.

— Если думаешь, как сбежать от меня, разочарую. Это невозможно теперь, — Рок привлекает меня к себе. — Ты дала своё согласие. По нашим законам ты теперь моя.

— Вещь? Батарейка? — нет, это не упрёк. И даже не истерика. По крайней мере, я очень стараюсь так не думать. И уж тем более не допускать в интонациях. Просто хочу знать, какая роль мне теперь уготована.

На что меня вынудили согласиться?

— Моя женщина. Моя связанная. Жена. Та с кем я решил разделить свою жизнь и силу, — непререкаемо чеканит мужчина. Отстраняет и, ухватив за подбородок, заставляет посмотреть на себя. — Я знаю, что в вашем мире происходит всё по-другому. Все эти ваши пляски вокруг чувств, любви, готовности. Обещаний, которые не выполняются, клятв, данных впустую.

— Не всегда, — возмущаюсь я, пытаясь вывернуться из его рук.

— Возможно. Но в большинстве своём. Будешь спорить? Взвешенно выбрав себе женщину, приняв решение и дав брачные обеты, куард их сдержит.

Сила заставит. Между связанными может не быть чувств, но женщина будет защищена, лелеема и оберегаема. Это закон.

— Ты хочешь сказать, что вы все такие замечательные? — скептически хмыкаю, пряча своё смятение.

В глазах мужчины появляются смешинки.

— Нет, не хочу. Не обольщайся. Мы корыстны. Расчётливы. Жестоки по своей природе, но не лишены здравого смысла и прагматичности. Добиваемся целей любой ценой. В нашем обществе правят сильнейшие.