Я выбираю быть твоей
Два месяца назад она очнулась в незнакомом доме, не помня ни как там оказалась, ни что с ней произошло. А сейчас Соломия беременна, не зная даже, кто отец её ребёнка. А тут ещё и странные сны, которые приводят девушку к разрушенной арке посреди леса. Дальше неосознанный шаг через невидимую черту и совсем другой мир. Мир, в котором её дитя многим нужно и многим мешает. Мир, в котором она вынуждена будет бороться за двоих. Мир, в котором Соле придётся выбирать, кого признать своим мужем — того, кто помог, хоть и преследуя свои собственные неведомые цели, или того, кто называет себя отцом её нерождённого сына.
А ещё стыдно за инстинктивное чувство… свалившейся с плеч непосильной ноши, каменной глыбой прижимавшей нас к земле.
— Я такая же? Как она? — спрашиваю тихо. Ведь что-то же нашёл во мне особенного Рок. Может поэтому я смогла принять его энергию?
— Нет, девочка. У таких, как твоя мать, дочери рождаются другими. Способными подпитываться от всего вокруг, от Вселенной, от своих и чужих эмоций, от созерцания прекрасного, от любимого дела, мужчины рядом. Вы как губка впитываете энергию и накапливаете её, обладая огромным внутренним резервом. Способны принимать и отдавать.
— А сыновья? — уже из чистого любопытства спрашиваю я. — Что если у таких женщин рождаются сыновья?
— А сыновья, если не приобретают способность энергетически закрываться, и если рядом нет сильного отца, становятся абсолютно зависимыми созданиями, которых и мужчинами язык не поворачивается назвать, — слышу в ответ от мужа.
Пару минут я сижу тихо, переваривая всё что услышала.
— Ты думаешь, Вася такая же, как я? — наконец озвучиваю я закономерный вывод.
— Теперь я в этом абсолютно уверен. Точнее, мы уверены, — хмыкает Рок.
И тут-то я понимаю, что мои догадки насчёт интереса Арида к моей сестре не так уж и невероятны в свете всего вышесказанного.
— Почему это предположение тебя так пугает? — сразу же реагирует на мои мысли муж, тем самым подтверждая их.
— Я не… я… очень хочу для сестры счастья. И любви в браке, — сбивчиво признаюсь двум куардам.
Ну и пусть обижаются. Ваську в обиду не дам. С некоторым опасением поворачиваюсь к императору и наши взгляды встречаются. Он рассматривает меня слегка прищуренными глазами, задумчиво, и к моему облегчению совсем неоскорблённо.
— И вы считаете, что я не могу ей этого дать? — интересуется, склонив голову набок.
Вот карты и открыты. Значит, он действительно нацелился на мою сестру.
— А можете? — с вызовом спрашиваю в ответ. Ведь даже Рок, при всём его заботливом ко мне отношении, не скрывает, что я для него ценное приобретение.
— Я не узнаю этого, пока не познакомлюсь с ней, — дёргает уголком губ император. — И вы не можете знать, откажет ли мне Василина. Особенно, когда узнает, что вы здесь.
Шах и мат. Я действительно не знаю, как поступит Васька. И имею ли я право решать за неё?"
"Мне безумно сложно представить свою младшую сестрёнку с ним. Она же девчонка совсем.
















