Я выбираю быть твоей

Ситуация тоже не самая приятная. Но это не причина отказываться от помощи. Во-первых элементарная вежливость, а во-вторых… Есть у меня небольшая фобия, касающаяся лестниц, после того, как в детстве я с одной упала.

— Благодарю, адамир — выдавливаю из себя благодарную улыбку под пристальным взглядом его… любовницы, если я правильно понимаю ситуацию. И опираюсь на предложенную руку.

Блондинка никуда не уходит, терпеливо дожидаясь, пока мы спустимся.

— Соломия, позволь представить тебе сьеру Эмари, мою аманте. Эмари, это сьера Соломия, гостья моего дома, — знакомит нас хозяин замка и камень преткновения. И если я хоть что-то понимаю в этикетах, то меня только-что поставили выше. С чего бы?

— Рада знакомству, сьера, — несмотря на неловкость, вины я за собой не чувствую, поэтому смотрю на неё абсолютно спокойно, транслируя мысль, что на внимание этого мужчины не претендую и быть ей соперницей не собираюсь.

— Взаимно, сьера, — кивает та. — Надеюсь, у нас появится возможность пообщаться и познакомится ближе. — А я вот как-то на обратное надеюсь. — А сейчас, прошу простить, мне пора.

Она склоняет голову перед адамиром и величественно уплывает прочь."

"А мы остаёмся наедине. Я ещё слышу шаги удаляющейся девушки, а кожей чувствую, что внимание Рока теперь полностью сосредоточенно на мне. И как-то слишком остро ощущается, что он по-прежнему сжимает мои пальцы. И смотрит. Внимательно, изучающе. Заставляя теряться… и нервничать. Слишком уж подавляющая аура витает вокруг этого мужчины. Властная. Жёсткая. Пугающая до мурашек. И лишь воспоминание о том, что он вчера спас меня и моего ребёнка помогает немного успокоиться. И более-менее уверенно встретить его взгляд, запрокинув голову. Высокий он, просто жуть, мощный, хищный даже, в чёрной рубашке с закатанными рукавами, строгом приталенном жилете, который только подчёркивает развитую мускулатуру и широкий разворот плеч, темноволосый, с резкими чертами мужественного лица и аккуратной бородой. Привлекательный, если уж быть с собой честной. Чисто с эстетической точки зрения. С другой смотреть не собираюсь.

— Я рад, что твоё самочувствие настолько улучшилось, — наконец нарушает воцарившееся между нами молчание хозяин дома, удовлетворённо блеснув чёрными глазами. — Пойдём, обед уже накрыт.

Мужская ладонь как-то слишком по-хозяйски опускается мне на талию, увлекая в тот коридор, из которого Рок недавно появился. Но окружающая обстановка остаётся вне моего внимания. Слишком занимает другой вопрос. Реплика адамира наталкивает на мысль, что о моём самочувствии он судит не просто по внешнему виду. А значит может сказать и том, как себя чувствует мой малыш. Я даже открываю рот, чтобы спросить, но вовремя замечаю замершего у большой двойной двери мужчину.