Я знаю, на что ты смотришь

Я вообще-то свидание отменил, чтобы приехать проститься, а ты…

— Как ты узнал?

— Ага! Думал, я отпущу тебя просто так? Ни-ху-ху-шеньки. Мне Аня сказала, и вот я здесь.

Вася забирается на соседний стул и стучит ладонью по барной стойке.

— Малыши-карандаши! Дядя Вася хочет выпить! И накачать одного злобного тролля, чтобы он точно запомнил сегодняшний вечер.

— Даже не надейся, — ржу я, вспоминая, как Вася уже один раз решил, что сможет поднять мне... настроение.

Мы тогда были на шашлыках на пруду Расула. Синючие вусмерть. Так вот этот дебил влез в мою комнату, чтобы… Фу, блять! Я его чуть не прибил. Это была такая жесть. Но вроде после этого мы порешали, что к чему, и замяли тему. А вот шуточки остались.

— Я хочу текилу… Три… Нет! Давай сразу шесть по пятьдесят. И еще молоко со льдом и лавандовым сиропом.

Меня передергивает от заказа Васи, а Ник-бармен вымученно закатывает глаза. Вкусы, конечно, у этого парня… Все понятно, не так ли? Но его ориентация не делает его хреновым человеком. Вот совсем. У всех есть причины быть тем, кто он есть. Херовая идея судить по себе, а тем более осуждать.

— Ну что? Погнали? — Вася играет бровями, толкая мне по барке стопку текилы.

— Да запросто.

Полбутылки спустя, скольжу лениво взглядом по танцполу. Длинные ноги, короткие юбки и высокие каблуки. До лиц даже не добираюсь, да и, если честно, не хочется. За красивыми улыбками прячутся стервы, которые только и ждут, когда можно будет впиться своими нарощенными ногтями в твой мозг.

— Выбираешь себе прокладку, которая окажется между тобой и кроватью этой ночью? — кричит Вася мне в ухо.

— Не-е-е… Сегодня никаких телок. Отдыхаю же.

— Да. Они вечный гемор, — с видом доктора бабских наук произносит он.

— Тебе-то откуда знать?

— Моя бывшая жена была той еще сукой с эмоциональным диапазоном, как у бронепоезда.

Теряю интерес к виляющим задницам и переключаюсь на человека, который только что ударил меня ментальной битой по голове.

— Че-го?!

— А ты не знал? Я был женат. Целых… Три! Ебливых! Месяца! А потом еще год мне трахала мозг вся ее семья и моя заодно.

— Ты шутишь? Ты же…

— Гей? Да.

— Тогда… — я сломался, ни черта не понимаю.

— Максимка, ты такой простой. Думаешь, меня такие все сразу взяли и приняли? Думаешь, я сам себя принял? Мне хотелось быть... Ну, типа, нормальным. Завел себе девушку. Даже считал, что реально люблю ее, пока в один момент не понял, какую херню творю. Я специально выбрал самую жесткую тварь, как последний мазохист, чтобы хоть что-то к ней чувствовать. Ну, знаешь, как некоторые люди намеренно режут себе руки и причиняют боль, чтобы заглушить какие-то чувства. Так вот я пошел дальше…

— Нихера себе…

— Ага, — усмехается Вася и отправляет в себя очередную стопку.