Ядовитое жало

Неужели сейчас они столкнулись с таким редкостным совпадением? И Когут–первый действительно уловил в лице на фотографии черты своей матери?

При появлении Когута–второго повторилась та же самая сцена. Была у него тоже встревоженность в глазах, он также сперва назвал себя Андреем Когутом, затем, смутившись, поправился, также с болью в голосе сказал: «Так, мама» и торопливо протянул руку к фотографии.

В этот момент, не отрывая глаз от «близнеца», Юра невольно затаил дыхание. Кажется, с его начальником произошло то же самое.

Когут–второй растерянно замигал глазами. Он смотрел на фотографию недоуменно, испуганно. Повертел ее в руках и, проглотив появившийся в горле комок, сказал решительно:

— Ннет, это не мама. Это ошибка.

— Как? — торопливо вмешался Серовол. — Не может быть! Все соседи…

— Нет, это не моя мать, — отстраняя от себя руку с фотографией, заявил хлопец. — Кто мог такое сказать?

— Но, может быть, тетка?

Когут еще раз, уже подозрительно и брезгливо посмотрел на фотографию.

— Нет, нет! И не тетя. Это какая‑то незнакомая женщина. Никогда не видел. Нет…

Серовол дал обратный ход. Он как бы огорчился, сказал, что хлопцы, видимо, напутали, принесли не тот снимок, что он все выяснит, и, возможно, Когут в скором времени получит фотографию своей матери."

"На этом было покончено, и Андрей Когут был отпущен. Он ушел, сохраняя на лице задумчивое, грустное выражение.

— Ну вот, Юрочка, кажется, мы разделались с твоими сиамскими близнецами, — удовлетворенно сказал Серовол, передавая своему помощнику фотографию. — Можешь вычеркнуть Когута–второго из кондуита.

Юра с удовольствием выполнил приказание своего начальника. Он всегда испытывал радость, когда можно было вычеркнуть кого‑либо из кондуита ― проверенный, чистенький, наш!

Серовол ушел в штаб и вернулся только под вечер. Он сказал Юре, что видел Москалева и тот дал понять, что каких‑либо новостей у него пока нет.

— Товарищ капитан, а за Когутом–первым надо бы устроить наблюдение. Не ровен час…

— Уже сделано, товарищ Коломиец! — шутливо отрапортовал Серовол, прищурился и спросил неожиданно: — Вот ты, Юра, предсказатель… Можешь угадать, какие события произойдут в ближайшие сутки?

Это было сказано неспроста. И ироническое словечко «предсказатель»… Сжав губы, Юра пристально смотрел в глаза своему начальнику и по танцующему в них веселью понял, на что тот намекает. Спросил едва слышно:

— Самолеты прилетят?

— Да, — так же тихо ответил капитан. — Нашего полку прибудет. Держись тогда, Ганс…

На этот раз все было сделано тихо, четко и гладко.

В полночь отряд был поднят по тревоге, роты отошли на пять километров в сторону Старого кордона и заняли там оборону. Никто, даже командиры рот не знали в чем дело, пока не появились самолеты.