Язва на полставки
Он — друг моего старшего брата. Весь из себя покрытый вуалью загадочности: на девушек внимания не обращает, о себе ничего не рассказывает. Таинственный, безэмоциональный, немногословный.Так мне сказали.Ха. Да вы просто не умеете таких готовить!Мне понадобилось меньше суток, чтобы выбесить его. Не специально, конечно, но меня теперь, кажется, ненавидят.Крепись, Демьян Игнатенко. Я тут с вами зависну на всё лето.А может и дольше. Я же как бы приехала в Питер поступать…
Со спадающими на глаза волосами, в знакомой чёрной футболке, обтягивающей развитую мускулатуру, потёртых джинсах и в берцах. На запястье сверкают массивные ча…
Берцах? Не жарко ему в них?
— Эээ… дарованьки, — машу всем зажатым между пальцев синим маркером, которым прорисовывались волны на бумажной реке. — Я вас не слышала."
"— Да мы поняли, — смеется Кира. Красотка как есть. Естественная и очень милая с этой своей копной кудрей в хвосте и яркими веснушками. — Тебя трижды за последний час звали, а ты вообще ни алле.
Час?
— Оу… Сорянчик, — только и могу извиняюще скривиться.
— Да без «бэ», — рыжик с довольной улыбкой машет мне тыльной стороной ладони, демонстрируя сияющее обручальное колечко на безымянном пальце. — Можешь, кстати, нас поздравить.
— Оу… — я кто, заведенная обезьянка с грохочущими тарелками? — Круто. Поздравляю. Когда свадьба?
— Мы пока думаем. Но, наверное, в сентябре. Хотели в августе, но не успеваем с приготовлениями. Ты приглашена, ты ж понимаешь?
— Спасибо. Будем надеяться, что осенью я ещё останусь здесь.
— А можешь не остаться?
— Если не наберу проходной балл очень вероятно. Так что со следующей недели буду бегать, высунув язык, и подавать документы во все институты, где есть кафедра «Искусствоведения». На всякий случай ещё на какого‑нибудь парикмахера сдамся. Чтоб хоть как‑то уцепиться. Вдруг место в общаге перепадёт.
— Брось. Будто я тебя выгоню, — хмурится брат. — Живи, сколько влезет. У меня всё равно две комнаты.
— Ну нет. Спасибо. Я хочу сама, — захлопываю скетчбук и убираю всё добро в рюкзак с бренчащими брелками. А‑а‑о‑у… Пыхчу, пытаясь подняться на ноги. Капец жопа затекла. Вызывайте массажистов, надо размять тесто.
— Хочешь учиться на искусствоведа? — молчавший до сих пор водитель Гелика выпускает вопросительное облако табачного дыма.
— Да, — мне не нравится его тон. Слишком снисходительный. Типа: «Ты? Реально? Ты же только и годишься, что кричать «свободная касса». — А что?
— Да ничего. Просто странно.
— Ничего странного, — вступается за меня Кира, от чего хочется её обнять. — Тома у нас знает абсолютно всё, что касается истории!
— Ну… далеко не всё, — делаю вид, что смущена, но мне приятно.
— Да всё‑всё. Она как ходячая энциклопедия. Ей бы гидом по нашему городу работать, на любой заковыристый вопрос ответит.
— Прям так и любой? — усмехается кривой усмешкой Дёма.
— Не любой, — я здраво даю себе оценку, так что не хочу утверждать того, чего нет.
— Любой‑любой! — не унимается Кира. — Она в прошлом году когда приезжала выдала столько инфы, о которой я и понятия не имела. Хотя живу здесь с рождения.
— Интересно, — прям вижу насмешливо блеснувшие в голубых глазах слова: «вызов принят».














