Язва на полставки
Он — друг моего старшего брата. Весь из себя покрытый вуалью загадочности: на девушек внимания не обращает, о себе ничего не рассказывает. Таинственный, безэмоциональный, немногословный.Так мне сказали.Ха. Да вы просто не умеете таких готовить!Мне понадобилось меньше суток, чтобы выбесить его. Не специально, конечно, но меня теперь, кажется, ненавидят.Крепись, Демьян Игнатенко. Я тут с вами зависну на всё лето.А может и дольше. Я же как бы приехала в Питер поступать…
— Но всё добровольно, по согласию девушек.
— И часто они соглашаются?
— Чаще, чем думаешь. Прибыль неплохая. За пару ночей можно месячный оклад перекрыть.
— Какая… мерзость, — кривлюсь, с трудом сдерживаясь, чтобы не поинтересоваться: а пользовался ли он этими услугами? Должны же быть плюшки у сотрудников? Скидки, счастливые часы, «две по цене одной» там? Брр… Нет. Не хочу об этом думать.
— Побудь здесь. Мне надо всунуть взятку одной ушлой морде. Налей себе чего, если хочешь. Всё, что видишь в баре — можешь брать, — просят меня и скрываются в глубине зала. Туда, где за очередными звякающими занавесками плутает узкий коридор.
Остаюсь одна, но к барной стойке не спешу. Вместо этого осматриваюсь, впитывая новую информацию. Абсолютно безлюдный зал без окон и звенящая тишина. Насколько тихо, что слышно, как жужжат светодиодные подсветки под потолком. Стулья подняты на круглые столики и задраны ножками вверх. Подиумы с шестами пусты, а точечные споты у барной зоны возле стеклянной витрины с алкоголем окрашивают помещение в интимный полумрак. Прикольно. Я в таких местах в принципе прежде не бывала, а уж во время закрытия…
— Ну а чё? Всегда хотела попробовать, — убеждаю саму себя и пока никто не видит запрыгиваю на узкую сценку.
Холодный металл вертикальной балки приветливо обжигает ладонь. И как стриптизёрши на нём крутятся? Да ещё так пластично, сексуально, даже с достоинством. Некоторые такое выделывают, что диву даёшься. Красиво преподать себя ведь уметь надо. Не каждой дано. Со мной точно без вариантов. По грациозности меня перещеголяет и беременная бегемотиха.
Ржу сама с себя, заканчивая тупые попытки повыделываться.
— Нет. Это явно не моя т… — замолкаю, натыкаясь взглядом на не пойми откуда взявшегося Демьяна. Ой. Чё он так быстро вернулся? Стоит, таращится на меня. Хм… что-то как-то неловко. — Я тут это… ну, типа, плюшками балуюсь…"
"Молчит. Молчит и продолжает смотреть. Пристально, непонятно, безэмоционально. Чего ждать фиг поймёшь: начнёт высмеивать или снова поцелует. С ним вообще не угадаешь на какую реакцию рассчитывать. И это бесит. Дорого бы я отдала за возможность хотя бы пять минут поковыряться в этой странной голове.
Особенно в том отделе чертогов разума, на котором висит ярлычок с моим именем.
Вжимаюсь спиной в прохладную поверхность шеста, когда он резво запрыгивает на подиум и оказывается настолько близко, что мы сталкиваемся нос к носу. Почти… ведь я сильно ниже. Невольно задерживаю дыхание, заглядывая в потемневшие голубые глаза. Обычное светлые, они обещают вот-вот разразиться грозовым фронтом.
Чувствую, как меня накрывает этот взгляд вместе с остаточным шлейфом сигарет.
До слабости в подкосившихся ногах.














