После развода. Я смогу (наверное) (СИ)
— Мой руки и садись за стол, Вить, а то всё остынет, — говорю я мужу, торопливо доставая бокалы из кухонного шкафчика. — Нам нужно развестись. Что он сказал?.. — У тебя другая? — шепчу я, с трудом ворочая языком, который, кажется, присох к нёбу, и вдруг до меня доходит: — Вера?.. — Дело не в твоей племяннице, а в тебе! Ты не ценишь меня. Воспринимаешь всё как должное. Вместо того, чтобы искать виноватых, поучилась бы лучше у Верочки! *** Муж ушел к моей молоденькой племяннице, обвинив во всем меня. Как по мне — полный абсурд, но, кажется, все вокруг с ним согласны...
Я о драке от директрисы узнала, а не от тебя! Она мне все и рассказала, вот почему!
— Ну, так-то да…
— Вот представь, что у тебя ребенок, и его обижают в школе. Ты разве ничего не сделаешь, чтобы прекратить это?
— Ну… да, сделаю, — вздыхает она и отводит взгляд.
— Сделаешь, потому что ты его будешь любить и потому, что это твоя задача — защищать своего ребенка. Вот и я сделаю, понимаешь?
Она нехотя кивает.
— Думаешь, это поможет? — неуверенно спрашивает она.
— Я буду очень убедительной. Но если не поможет, то я приму другие меры. Но мы это, так или иначе, прекратим. Все ясно?
Она снова кивает.
— Ну вот и все. Как зовут мальчика?
— Кирилл.
— А фамилию знаешь?
— Васильев.
Ну вот и отлично! Знаю я один способ, как узнать номер его родителей, минуя школу.
Сначала этот способ попробую, а там дальше уже видно будет, но обижать мою дочь точно не позволю!
Глава 6
Утром в субботу я готовлю на завтрак сырники. Звонок домофона.
— Сань, иди спроси, кто это, у меня руки в муке, — говорю я дочери, уткнувшейся в смартфон.
Она встает с кухонной табуретки и, закатив глаза, нарочито неохотно тащится к входной двери.
— Это папа! — кричит она из коридора.
Как-то рановато, договаривались ведь в десять! Мы даже позавтракать не успели.
Внезапно раздается звонок в дверь.
Чего это вдруг? Виктор никогда не поднимается к нам. Когда он по выходным приезжает за Санькой, то звонит в домофон или по телефону, и она спускается. Таким образом мы не пересекаемся без необходимости.
— Ну, ты готова? — слышу из прихожей отвратительно веселый и бодрый голос бывшего мужа.
— Ой… — растерянно брякает Санька.
— Привет, Сань! Сегодня я составлю вам компанию! — доносится тоненький, почти детский голосок. — Ты ведь не против?
Сырник, который я в этот момент лепила, выпадает из рук прямо на стол, обдавая меня облачком муки.
Верочка!
— Ну… — мычит Санька, — а чего так рано? Мы еще даже не позавтракали…
— Позавтракаем в кафе! — звенит тонкий голосок. — А потом у нас такая насыщенная программа, ты не представляешь!
Как посмели эти двое припереться сюда? Внутри меня поднимается злость.
Я спешно ополаскиваю руки и, схватив кухонное полотенце, выхожу в коридор.
В тесной прихожей стоит Виктор и моя племянница. Оба улыбаются и сияют. Отвратительно счастливые. Рядом с ними растерянная Санька.
Это первый раз после развода, когда Саша видит Веру. Раньше та на встречах отца и дочери не присутствовала.
Верочка уже больше не в дешевых китайских шмотках с рынка, в которых она приехала к нам из деревни. На ней модное и явно дорогое белое пальто, сапожки на невысоком каблучке, точь в точь как мои, элегантная сумочка на цепочке моей любимой марки.
Да, сейчас она выглядит намного лучше, и еще больше на меня похожа.
















