Игра в кубики

Она даже не удостоила его ответом – отошла к шкафу, вынула плащ, и Борису не осталось ничего, как забрать со стола пропуск и выйти из кабинета."

"Неудача раздосадовала его, сердце забилось чаще, в висках запульсировало. После перенесенного приступа мигрени, конечно, не следовало ехать сюда, но Нифонтов надеялся на успех, а не на такое постыдное фиаско. Ему редко отказывали женщины – практически никогда, чего бы это ни касалось, работы ли, отношений ли или просто разовой ночи любви без всяких обязательств. Но на Каргополову он, судя по всему, не произвел совершенно никакого впечатления.

Пришлось искать кабинет прокурора. Тот не особенно обрадовался визиту столичного журналиста, пробурчал что-то насчет нежелательной огласки, но Борис не собирался выходить из здания без информации.

– Идемте, я сам поприсутствую при вашей беседе с Полиной Дмитриевной, – тяжело поднялся из кресла прокурор и взял стоявшую в углу трость. – Колено повредил еще зимой, до сих пор после операции никак в себя не придет, – объяснил он, заметив удивленный взгляд Бориса.

Но кабинет Каргополовой оказался заперт. На телефонный звонок она ответила, сказала, что едет в морг и возвращаться пока не собирается.

Прокурор развел руками:

– Она у нас с характером. Будете ждать?

– Она мне пропуск подписала уже.

– Ничего, идемте в наш буфет. Он не столь хорош, как кафе напротив, но чай заварят приличный.

Борис провел в буфете весь остаток дня, но Каргополова в прокуратуру так и не вернулась.

Такого неприятного ощущения у Нифонтова не было, пожалуй, никогда прежде. Он почти на вкус ощущал поражение – ему, именитому столичному журналисту, отказывалась давать интервью какая-то следователь из небольшого городка! Его игнорировали и как профессионала, и как мужчину.

Но самое неприятное было даже не это. Ему придется вернуться домой ни с чем, впервые ни с чем, не то что без сенсации, а вообще с пустым блокнотом. Такого никогда не бывало, даже во времена студенческой практики, когда у Бориса вообще не было никакого имени.

Он бесцельно бродил по центру города, мучительно придумывая план по выходу из неприятной ситуации, когда вдруг увидел идущую ему навстречу Каргополову. У Бориса даже дыхание перехватило от неожиданности – теперь-то он не даст ей просто так уйти, пусть хоть полицию зовет.

Он решительно преградил ей дорогу:

– А теперь, уважаемая, вам придется меня выслушать и ответить на мои вопросы. Я не затем приехал сюда, чтобы вернуться с пустыми руками.

– Вы кто? – удивленно, но совершенно не испугавшись, спросила Каргополова.

– Ой, вот не надо только притворяться, а? Знаете, я устал быть любезным. Давайте посидим во-он на той лавке, – Борис бесцеремонно взял ее за локоть и потянул в сторону аллеи.