Игра в кубики

– А шут его знает… я про машину у жены не спросил, запарился, – с оттенком вины в голосе произнес Двигунов.

– Ладно, разберемся… кстати, надо патрульным в том районе ориентировку на машину дать, вдруг где-то стоит.

– Да, правильно.

Полина только головой покачала – Двигунов все еще пытался доказать ей, что мужской ум имеет преимущество перед женским.

На подстанции они сразу прошли в кабинет старшего врача и объяснили причину своего визита.

Средних лет женщина растерянно заморгала глазами:

– Погодите… как? Ему на смену завтра…

– Придется найти замену. Мы бы хотели понять, что представлял из себя доктор Митин, – сказала Полина, – пообщаться с коллегами, с начальством.

– Да-да… конечно… – все еще не могла прийти в себя старший врач. – Это так… так неожиданно…

– Смерть почти всегда явление неожиданное, особенно когда речь идет о молодых, здоровых людях, ведь так? – вмешался Двигунов. – Вы ведь врач, сами все понимаете. Кто-то из тех, кто знал Митина близко, сегодня на смене?

– Если только… погодите… да, Вика Негрич подменилась, должна была завтра выйти, но у нее тяжело заболела тетка, так что… пойдемте, спросим в диспетчерской, если она не на выезде, то сможете хоть сейчас поговорить.

Полина с Двигуновым прошли вслед за женщиной в диспетчерскую, выяснили, что машина фельдшера Негрич должна вот-вот вернуться на подстанцию, и решили дождаться ее на улице.

– Вы пока шума особенного не поднимайте, хорошо? – внушительно посоветовал Двигунов старшему врачу, и та согласно кивнула:

– Конечно… а… когда можно будет объявить?

– Объявить можете когда угодно. Постарайтесь только не допустить слухов и домыслов. Я понятно выразился?

– Вполне.

На крыльце Полина закурила, обнаружив у скамейки большую урну с окурками. Двигунов нацепил на нос черные очки, сел на скамью и, скрестив на груди руки, как показалось Полине, задремал.

– Извините, пожалуйста, – раздался негромкий женский голос из двери подстанции, и Каргополова обернулась:

– Вы мне?

– Да, – в проеме стояла женщина лет тридцати в накинутой на плечи форменной куртке. – Я вам кое-что хочу сказать. Вы же следователь, да?

– Следователь. О чем вы хотите поговорить?

– Давайте отойдем, чтобы меня из окон видно не было, – попросила женщина, оглянувшись через плечо.

– Вы кого-то боитесь?

– Нет… просто не хочу, чтобы кто-то подумал… ну, что я сплетни… понимаете?

Они отошли за угол здания, и женщина, назвавшаяся Ириной, сказала:

– Я думаю, его Вика убила.

– Вика? Это фельдшер Негрич?

– Да. Понимаете… у них с Максимом Васильевичем три года был роман.

– Он ведь женат?

– Да. Можно подумать, для таких, как он, это препятствие, – фыркнула Ирина. – Наверняка Вика у него не первая была. Но суть не в этом.