Игрушка для хищника

— Лааадно, — лениво тянет, взвесив все за и против. — Выпьем за ваш успех! Вы мне нравитесь, — и уж лучше так, чем другой кто-то на моей земле.

Это — да. Теперь и безопасность острова ложится практически на наши плечи. Но нам — не в тягость. Нам пока без адреналина — вообще никак.

— А новость слышали? — Маниз усмехается, прикрывая веки, как будто там ему показывают эротическое кино. — Как Альбиноса жизнь-то опустила?

Да, затаиться нам пришлось после той бойни надолго. Так что пришлось отложить беседу по душам. Но человека мы с Мороком своего к нему пристроили. Копает понемножку. Так копает, чтобы большим взрывом потом Альбинос полыхнул. Мы его красиво размазывать будем. По всем статьям, со всех сторон потихоньку обложим. А после рванем.

— И как же?

— Ооооо, такого хрен кто-то сплетет, как сама судьба в жопу клюнет! Альбинос-то бесплодным оказался, а? Детки-то все его, которых так трепетно пригрел — нагулянные! Охренеть просто — все бабы ему, оказывается, изменяли! Все до одной! Я бы, блядь, свихнулся от такой радости!

— Откуда знаешь? — стакан со звоном лопается в моей руке. — Что, ДНК-тест он делал? И с каких херов вдруг?

Хрен знает, может, это еще и не точно… Но, блядь… Очень и очень опасно!

— ДНК — тест, — это хорошо, — тянет Маниз. — Это мудро… Может, и мне сделать, — а то Арей мой что-то совсем не в меня, в блядь какую-то… Не узнаю родную кровь.

— Маниз!

— Да чет здоровье у него пошатнулось. Пошел анализы все сделать. А там… Свинкой он, оказывается, еще в детстве переболел. Так что детей не мог иметь никак. Вы, парни, тоже бы проверились, чтобы потом такого, блядь, сюрприза оплеухой не поиметь… Да….

— Что, сам тебе сказал? — Морок усмехается, а я злюсь. Блядь, — знает же про Свету, так чего тянет, как кота за яйца?

— Неееет, конечно, дорогой. Кто ж такое про себя сам скажет, м? Люди у меня везде свои просто. Говорю же вам, — везде надо иметь своих людей. Все про врага и про как бы друга знать надо. Даже цвет его утренней мочи, если есть возможность… А у меня есть… Да…

— И что Альбинос? — блядь, еле сдерживаюсь, тобы не схватить его за горло и не встряхнуть об стену.

— А что Альбинос? Лютует, конечно. А ты что, дорогой, думал? Что он танцевать от счастья будет, а, Тигр?

Твою мать!

— Сынка своего, — ну, которого первым сыном считал, Гришку Берега, — так сразу же вечером и порешил.

— Когда? — блядь, я кажется, сейчас еще и стол проломлю, так крепко вжался.

— Вчера он узнал. Вчера вечером. С остальными пока — не знаю. Но так просто, как Гришке уже не обойдется.