Игры мажоров. \

Но мне не нужны ни ваши извинения, ни ваше раскаяние, — решительно заговорила она. — Сказали правду, спасибо. Идите с Богом.

— Я хочу, чтобы моя дочь носила мое имя, — упрямо проговорил Шведов, подходя ближе. — Я требую ДНК-тест.

Дарья покачала головой.

— Извини, но это как она захочет. Ей до совершеннолетия осталось совсем немного. Здесь я тебе помогать не буду, моя дочь не индульгенция.

— Я тоже не против пройти тест на ДНК, — вежливо кивнул головой Илья, — и если подтвердится, что Мария моя дочь...

— Не подтвердится, — качнула головой Дарья и стойко выдержала огонь, которым обожгли ее глаза стоящего рядом мужчины. Слишком чужие и в то же время до боли знакомые.

Точно такие, как у ее дочери.

Глава 30

Андрей

Сколько он так лежит, Андрей не знал. Сначала казалось, он лежит в коконе, связанный по рукам и ногам. Потом — на дне глубокого колодца, под толстым пластом воды. Он ее даже видел, эту воду. Сквозь нее время от времени пробивались голоса, а иногда появлялись проблески света.

Вот и сейчас между склеенных ресниц прорезалась светлая полоска. Попробовал сильнее открыть веки, и туда будто сыпанули песка.

На глаза легла прохладная ладонь, и он замер, почувствовав знакомый запах. Он ни с чем не мог его спутать, ни за что.

— Андрей, Андрюша, — услышал совсем рядом тихий, взволнованный голос, — это я, Даша. Я здесь, с тобой.

И весь его ад снова вернулся, накрывая душной волной.

Даша. Столько лет он жил, заморозив свои чувства вместе с сердцем, оставляя там место только для сына. И когда встретил ту, с которым снова почувствовал себя живым, оказалось, что это именно она.

Та девушка, чью жизнь он сломал. Перед которой все это время испытывал душераздирающее чувство вины. И все восемнадцать лет искупал эту вину, не позволяя себе быть счастливым.

А еще Машка. Его дочь. У него есть дочь, и это совсем раздавит Никиту, потому что он влюблен в эту девочку. В собственную сестру...

Дернулся всем телом, пробуя встать, и услышал испуганное:

— Что ты делаешь? Тебе нельзя вставать, любимый!

Что? Он ослышался?

Любимый?

Снова дернулся, и она обняла его, сцепив на спине пальцы.

— Лежи. Лежи, пожалуйста.

— Даша, — прохрипел через силу, каждый звук вызывал в горле спазм, — Дашка, убей меня. Выдерни эти чертовы трубки. Я не хочу...

Она плакала, и ее соленые слезы капали ему на губы.

— Нет, Андрюша. Нет.

— Я не должен... не смогу... жить, зная, что я тебя... — он опять попытался встать, и тогда она заговорила. Быстро, как будто боялась, что не успеет.

— Тебя там не было, Андрей. Они приходили ко мне, Сергей и Илья, и все рассказали. Катя, твоя жена, она всем нам подмешала в напиток какую-то дрянь. Она нарочно это подстроила, чтобы вас всех подставить. Ты спал в соседней комнате, она подсыпала тебе самую большую дозу.

— Катя? — Топольский упал на подушки.