Игры мажоров. \

Мои щеки наверное сейчас пылают ярко-ярко. — Что отвалил...

— Его мать документы забрала из лицея. Они в Лондон уезжают, Ник дистанционно доучиваться будет. Летом только приедет, внешнее тестирование сдаст и обратно...

Я прошу Макса уйти. Он уходит, а моя черная повязка опять промокает насквозь.

Никита не придет. Он не хочет прощать мне обман, об этом мне рассказал Шведов.

— Чертов сопливый чистоплюй, — выругался он сердито. — Так и чесались руки надавать ему подзатыльников.

Мама была более осторожна в выражениях.

— Ты не сердись на Никиту, доченька, — сказала она, — он не столько на тебя злится, сколько на отца. И на меня. Понимаешь, я теперь в глазах Никиты не просто коварная разлучница, а еще и охотница за состоянием Топольских.

— Но это же не так, мама! Разве тебе нужны их деньги?

— Нет, конечно. Я просила Андрея не спешить, наладить отношения с сыном, подождать, пока все уляжется. Но он уперся и ждать не хочет. Хочет скорее развестись. Они с отцом договорились, чтобы бизнес Топольских-Ермоловых не пострадал, Андрей откажется от наследства в пользу Никиты.

Я знаю с мамины слов, сколько проблем сейчас у старшего Топольского. Его лишили депутатского мандата, раздули скандал в прессе в связи с тем старым делом, а жена задалась целью разорить его при разводе.

Еще от мамы я узнала, что жена Топольского оказалась той маминой бывшей подругой, Катей. Она тогда все специально подстроила, чтобы женить Топольского на себе. И еще выяснилось, что она не мать Никите, а его тетка. Настоящий мексиканский сериал.

Поэтому Никита и не приходит. Слишком много всего на него свалилось, и мне хотелось бы его поддержать, помочь. Но какая из меня поддержка? Я теперь для него тоже враг, как и мама. И раз он считает, что мама с его отцом из-за денег, то наверняка я в его глазах такая же.

Меркантильная тварь.

И Шведов это подтвердил. Прямо не говорил, но из его слов я поняла, что это так и есть.

Что ж, его право. Пусть думает как хочет. Я знаю, что мама любит Топольского не за деньги. И если они будут счастливы вместе, у меня не повернется язык их упрекнуть.

— Маша, детка, там к тебе подружка пришла, — слышу голос медсестрички. — Впускать?

— Лена? — спрашиваю.

У меня нет подруг, которые могут меня навещать. Один раз приходила Лена Светлая с двумя одноклассницами, но мы с ней не подруги.

— Нет, Маш, это не Лена. Это я, — слышу тихий голос и пальцами комкаю простыню.

Глава 33

Маша

— Это я, Маш... — шепчет голос, и я узнаю его обладательницу. Только она мне больше не подруга.

— Зачем пришла, Алина? — спрашиваю равнодушно.

— Я... Я хотела... — она всхлипывает, ее голос дрожит, — я хочу извиниться, Маша. Мне так плохо... И стыдно...

— Тебе точно нужно мое прощение? Разве ты не понимала, что делаешь?

— Я не знала... Не понимала...