Право на семью (СИ)

Просит принести чаю и закусок и строго настрого напутствует. – Тут не курить… Информация точная? – повторяет зло.

- Да, Степа, точная, - кивает Петр Васильевич. – В коме он. Гипертонический криз. В больничку перевели, но на этом все. Сам понимаешь. Говорят, не жилец.

- Так говорят? Или не жилец? – отходит ко окну Степан. Сунув кулаки в карманы широких тренировочных штанов, обводит злым взглядом собравшихся. Мажет по мне и осекается. Молчит, видимо ругается мысленно. А потом заявляет спокойно. – Если он дышит еще, срочно к нему лучших врачей вертолетом. Озолотим, если спасут.

Сейчас главное, оживить.

- Степ, ну я думал, - бубнит недовольно Сохнов. – Это же спалиться можно.

- А ты про меня подумал? Это я там лежу. Я! – срывается на крик Степан. – Ты про нее подумал? – указывает на меня. – А о бизнесе моем? Кому он достанется после моей официальной смерти? Матери? Я на ней жениться должен, чтобы свое вернуть?"

"- Степ, прости, - вздыхает Сохнов. Устало трет лоб, смотрит куда-то в стену и выдыхает тяжко. – Что делать? Говори. Мы все сделаем.

- Клона реанимировать обязательно. Если умрет, мне хана, – выплевывает каждое слово Криницкий.

Говорит жестко. Даже не просит, а раздает приказы. И никто не смеет ослушаться. – Адвокатов подключай, Петя. Пусть перевод в цивильную больницу выбивают.

Смотрю на властного мужика, в которого в одночасье превратился мой нежный любовник и глазам своим не верю. Это он? Мой Степа? Перед глазами будто видение из параллельной вселенной проносится. Степа рядом и он Белов. Формально он ничего не совершал. Борька к нему претензий не имеет. И мы живем спокойно и счастливо, как и все обычные люди.

«Нет так не бывает», - прикусываю губу. Даже мечтать не стоит.

На кону стоят большие деньги и за них Криницкий будет сражаться до последнего.

*** Катя Алтаева - героиня романа Догнать и жениться!"" , первая жена Феликса Сарычева

Глава 32

Весь следующий месяц я мало бываю дома. Все пытаюсь понять, кто или что довело Белова до комы. Осторожно, чтобы не засветиться, встречаюсь с начальником Коноши.

- Да мы сами не поняли ничего, - скрипит он. Немолодой ъ мужик. Весь такой основательный и вкрадчивый. – Письмо ему из дома пришло. Вроде как там ребенок умер…

- А письмо откуда отправлено? – вскидываюсь моментально.

Жена Белова пишет ему, но все письма проходят через моих безопасников и отправляются из Москвы.

- Степан Александрович, - разводит руками начальник. Всем своим видом дает понять, что не барское это дело ковыряться в личной жизни осужденных, а моего клона и подавно. Его сразу доставили в частную клинику как Белова. Привели в чувства. Он домой позвонил. И выяснилось, что все живы и здоровы.

А значит подстава. И не его, меня достать хотели. Только бы понять кто?

Я подозреваю всех и никого конкретно.