Император Пограничья 2

В конце концов, если вы предпочитаете общество захолустного отребья, что ж, это делает и вас ничуть не лучше.

Глаза Елизаветы наполнились слезами, и в этот момент к нам подбежал Илья:

— Что здесь происходит? — он встал между сестрой и Осокиным.

— Тебя забыли спросить, щенок, — один из приятелей Уварова, от которого исходило весьма ощутимо хмельное амбре, грубо оттолкнул юношу.

Я оглянулся. Те самые «друзья» Бутурлиных, что ещё недавно веселились с нами за одним столом, старательно отводили глаза, делая вид, что не замечают конфликта. Никто не спешил на помощь. Как знакомо… В любом мире человеческая природа остаётся неизменной — многие будут рядом в минуты веселья, но мало кто встанет плечом к плечу, когда запахнет жареным.

— Послушай, Осокин, — я шагнул вперёд, — у тебя есть последняя возможность извиниться перед Елизаветой Николаевной, иначе на этот раз ты не отделаешься только сломанным носом и выбитыми зубами.

Уваров хмыкнул:

— Осторожнее, Платонов. Вас только трое, а нас пятеро. И среди нас два Подмастерья. Подумай, прежде чем угрожать.

— Забавно, — я усмехнулся, — вчера это не помогло двум другим Подмастерьям.

В зале повисла напряжённая тишина. Лишь диджей не переставал накрывать зал вибрирующими басами.

Аккуратно снимая пиджак, я повернулся к Илье, который уже пылал праведным гневом:

— Как считаешь, Илья, стоит проучить эту шайку грубиянов?

Дело секунды закатать рукава рубашки.

Молодой Бутурлин оскалился, сжимая кулаки:

— С превеликим удовольствием.

Добрая кулачная схватка, излюбленное развлечение моих соотечественников от простолюдинов до аристократов.

В этот же момент диджей сменил композицию. Динамики взорвались электронным битом, поверх которого зазвучали до нелепости контрастные лирические слова. Абсурдность этого музыкального сопровождения только добавила происходящему сюрреалистичности."

"♪ Полевых цветов веночек, в утренней росе цветокСоловья запев свисточек, сок берёзовый глотокТишины послушать волю, по тропинке в лес густойПоболтать с берёзкой вдоволь про него и про любовь[2] ♪Отмечая, как чужой кулак устремился мне в лицо, я позволил ему уйти в молоко и резким движением шагнул вперёд. Прямо в движении я нанёс удар в челюсть ближайшему из приятелей Осокина — невысокому парню с тонкими усиками. Илья последовал моему примеру, двинув локтем в солнечное сплетение другому. Мы оказались в центре круга, спиной к спине, против пятерых противников.

— Держись ближе, — бросил я через плечо, уклоняясь от неуклюжего замаха Уварова.

Драка моментально привлекла внимание других посетителей. Кто-то в панике отступил к стенам, кто-то, напротив, придвинулся ближе, предвкушая зрелище. Девушки визжали, мужчины выкрикивали подбадривания.