Император Пограничья 2

— То есть, тебе без малого три сотни лет?

«Двести восемьдесят восемь, ежели точно, — с важным видом поправил Скальд. — Но за эти века я бездарно растратил почти всю энергию. Без хозяина особо не разгуляешься, природа на магию скупа. Вот и дар мой угас, а следом человеческую речь растерял. Каркать — это сколько угодно, а вот поговорить…»

Ворон смерил меня внимательным взглядом и с чувством произнёс:

«С нетерпением я ждал, когда же наша связь окрепнет, чтобы попросить орешков!»

Я тепло улыбнулся и протянул руку, ероша перья на голове фамильяра.

— Что ж, Скальд, уговор такой. Ты заботишься обо мне, а я — о тебе. Сам знаешь. Своих в обиду не дам. Ради них в огонь и воду.

Ворон насмешливо крякнул:

«Уговор, стало быть, заключён. Закрепим его… орешками!»

Я со усмешкой кинул ему ещё горсть лакомства. Скальд цапнул орехи на лету и принялся сосредоточенно их долбить.

Что ж, день начинался недурно. Пора и за работу приниматься. Пока старый ворон насыщался, я вышел на тренировочную площадку на краю деревни, где меня уже поджидали местные охотники. Практика у нас шла по жёсткому расписанию.

— Слушайте сюда, бойцы, — громко начал я. — Через неделю мы отправимся на первую охоту. А до той поры тренироваться будем без продыху. Нужно вас к бою с Бздыхами, как следует, подготовить."

"Следопыты встретили мои слова ровным гулом. У одного мелькнул в глазах азартный блеск. У другого нетерпение. Всем хотелось проверить себя в деле, имея новое вооружение и тактику.

Мою речь прервал сельский мальчонка, вывернувший из-за угла.

— Прохор Игнатьич! — закричал он, подбегая. — Тут это, в деревню путник одинокий пожаловал. Просит с вами покалякать.

Любопытно, кого это принесло в нашу глухомань в такую пору?

Глава 5

— Ну-ка, проводи его сюда! — велел я, махнув рукой мальцу.

Тот унёсся к воротам деревни и вскоре пришёл вместе с закутанной в белоснежный дорожный плащ фигурой. В таком будет гораздо проще прятаться в снежном лесу. Лица было не разглядеть, но вот стать и выправка выдавали в незнакомце человека не робкого десятка.

Вблизи стало ясно, что гость наш — мужчина лет тридцати пяти, крепко сбитый, с обветренным лицом и цепким взглядом. Сразу видно — бывалый мужик.

— Кто таков будешь? — спросил я, окидывая незнакомца оценивающим взором. — И что привело тебя в нашу глушь?

Тот поклонился и бойко ответил:

— Евсеем кличут. Из Дербышей я, охотник тамошний.

Название этой деревеньки мне было известно, потому как и на карте в магофоне она отображалась, и Силантий про неё рассказывал по пути на торги. Вот только между нами пролегало чуть больше десяти километров заснеженного леса, в котором водились охочие до человеческих душ твари.

— И как же ты сюда добрался в одиночку, а, Евсей? — скрестив руки, спросил я.