Инь, янь и всякая дрянь

 – Лежаки крепкие, а то и на печи можно спать, лавки целые, чугунов полно, ухватья отличные. Ежели пожелаете, любая скотина ваша: буренка, куры-петухи, гуси. Огниво хорошее, свечи сами делаем, вода в колодце, дрова в лесу…

– Это гостиничный номер? – уточнила я."

"– Изба для житья, – затрясла головой Устинья. – Их у нас всего две оставалися, «Марфа» и «Владимир». Вернее, одна «Марфа», «Владимира» вчера арендовали, через неделю заедут. Сердце радуется! Бегут люди из идолового капища, из города постылого, охота им к природе прильнуть. А мы здеся традициев не нарушаем, обитаем по родительским привычкам. Вас ведь с историей познакомили?

Я села на твердую лавку, покачала головой:

– Нет.

Устинья уселась рядом, подперла подбородок кулаком.

– Совсем-совсем не слышали?

– Ну… в общих чертах, – осторожно ответила я.

– Не побрезговаете в нашу хатку вернуться? – предложила Устинья. – За квасом беседа лучше потекёт.

– С удовольствием, – кивнула я. И мы пошли назад, туда, где спокойно щипал сочную траву осел с редким, так и не всплывшим в моей памяти именем.

Устинья выставила на стол большой кувшин и похвасталась:

– Ржаной квасок, с хреном! Секрет бабушка мне передала. Пейте всласть.

– Лучше кофе, – попросила я.

Девушка заморгала.

– Чего?

– Кофейку нальете? Растворимого.

– А ето что такое? – разинула рот Устинья. – Суп али второе заморское?

Я вцепилась руками в лавку, потом перевела дух. Так, девушка тоже не в себе.

– Шуткуете… – засмеялась Устинья. – Может, каши хотите? Или брюкву пареную? Ой, вкусная! Мед! Севодни день постный, можно паренкой лакомиться. Ишо киселек есть, овсяный.

– Скажите, вас на самом деле зовут Устиньей? – спросила я не в тему .

– А как же иначе? – поразилась девушка.

– Ладно, – кивнула я. – Спасибо за прием и угощенье, честно говоря, я ищу Владимира.

– А в ём живут! – Устинья сложила руки на коленях.

– Простите?

– За что? Ничего плохого вы не сделали.

– Мне нужно поговорить с членом клуба по имени Владимир, – повторила я.

Устя заморгала.

– Чле… чле… как? И кто такой клуб? Давайте лучше киселька набуровлю. Он для желудку пользительный.

– Хватит ломать комедию! – вышла я из себя.

– Про што речь ведете?

– Устя, у вас тут, наверное, есть ноутбук, подключенный к Интернету?

– Че? Бук не растет в нашем лесу. Елки да дубы с осинами.

– Или вы используете мобильный?

Устинья сжалась в комок:

– Барыня, милая, не ругайтеся! У меня ума особого нету. Маменька велела вас встретить да «Марфу» показать. Не справилася я, не сумела. Ой-ой-ой, розог дадут, на конюшне выпорють…

– Прекрати! – послышалось со двора, и в дом вошла крепкая женщина в темном платье. – Ишь, заболтала чушь! Ступай, умойся, дурь из головы вышибет.

– Сейчас, маменька, уже понеслась, – подхватилась Устя и птицей улетела из комнаты.