Инь, янь и всякая дрянь

Тут я растерялся и с дури поинтересовался:

– А что перед вами стоит?

– «Газель», – отвечает, – с грязным бельем из больницы прибыла…

– Вот и скажи мне, чего с таким юзером делать? Я-то, наивняк, полагал, что он комп перезагрузит, а Петр Иванович с дури грузчиков пахать заставил. Вот и получилось: инь, янь и всякая дрянь. Эй, Таняха!

– Слушаю, – мрачно отозвалась я.

– Кликни внизу, в письме, там флажок есть. Ну?

– Получилось! – обрадовалась я.

– Молодца! Читай и восторгайся! – подбодрил меня Коробков.

Я уставилась в экран. Итак, что мы имеем?

Ведьма Василий Сергеевич.

Служил в армии, учился в школе КГБ, стал работать в этой же организации, шел вверх по карьерной лестнице, был ранен, переведен в структуру МВД, спокойно дожил до пенсии по выслуге лет. Детей не имел, жена – Зинаида Сергеевна, до замужества Яковлева. В послужном списке одни благодарности и поощрения.

Лебедев Михаил Николаевич, ответственный сотрудник КГБ, ни в чем предосудительном не замечен. Женат на Серафиме Меркуловне Плотниковой. Умер от онкологического заболевания. Никакой неожиданной смерти, кончина Лебедева последовала после продолжительной болезни.

Но, очевидно, Михаила Николаевича любило начальство, Лебедев до последнего дня числился на службе, он скончался, так сказать, на посту. Сомнительно, чтобы больной в последние месяцы мог выполнять свои обязанности, но его не комиссовали.

Ведьма и Лебедев жили в одном доме, более того, они почти одновременно получили квартиры. Серафима, жена Михаила Николаевича, после кончины супруга перебралась на новое место жительства, затем ее определили в дом престарелых, где дама и скончалась от инсульта.

Так, теперь Полина Юрьевна Бондаренко.

Прибыла в Москву из города Владивостока.

Я удивленно заморгала. Однако странно! Во Владивостоке Полина Юрьевна работала… поварихой на плавучем консервном заводе. А вот тут еще и справочка, добытая тщательным Коробковым, согласно которой Бондаренко имела семь классов образования и диплом кулинарного училища. Уходила в море на полгода, по возвращении жила в общежитии, своей квартиры не имела, семью не завела, детей не родила.

Я оторвала взгляд от экрана и посмотрела на крохотный кусочек сайры, оставшийся на тарелке. Покупая в магазине консервы, мы, как правило, не задумываемся о том, кто выловил рыбу и кто потом поместил ее в банку.

Но мне один раз довелось посмотреть документальный фильм о сотрудницах плавучего рыбзавода, и я пришла в ужас. Бедные женщины – как правило, малообразованные жительницы маленьких городков и деревень – нанимаются на базу, чтобы заработать денег на пристойное жилье. Условия их труда ужасны, смену приходится стоять в резиновых сапогах и фартуках, восемь часов подряд потрошить тушки, потом сон и снова в цех.