Проиграем?

Бегло осматриваю тело, попутно доставая мобильник. На руке укус, плюс прокол то ли от карандаша, то ли от ручки, и ширинка расстёгнута. Да ну, не может быть. Пиздец. Полный. И «абонент выключен или находится вне зоны действия», как и предполагалось.

– Дурочка. Ну на хера, спрашивается, сбежала.

– Я надеюсь, это ты не мне?

– Не тебе, – сквозь зубы произношу я и со всей силы ударяю ногой в живот этой суки.

– Ясно, что ни хера не ясно.

– Что ты делаешь?! – опешив от действий Пети, возмущаюсь я.

– Бью в его бок, как и ты.

– Зачем?

– А ты зачем? Я за компанию. Мразь же.

– Ну и что теперь делать?

– А можно поподробнее?

Пересказал вкратце то, что сам предположил и то с большим сомнением.

– У тебя есть сосулька?

– Очень вовремя, Петя. Не беси, а?

– Я про ледяную сосульку. Очень надо.

– Да, конечно, я всегда ношу с собой ледяную сосульку, – иронично бросаю я. – Сейчас достану ее из штанов. Ан, нет, растаяла.

– Ты не кипятись, надо найти. Всадим в него ледяную сосульку, и никто не поймет от чего он скончался.

– Заканчивай смотреть сериалы, Петя.

– Я еще не начинал.

– Слушай, реально заткнись. Дай мне подумать. На хера мне твоя сосулька, если сдох он от другого?

– Да, точно. Ладно, уносим жмурика и закапываем подальше. Я знаю хорошее место. Все сделаем чисто. Хотя, у меня спина болит. Я Мишаню позову, чтобы он его дотащил. Давай еще ковер и ленту попрошу его принести?

– Сейчас я сомневаюсь в том, что ты был связан с криминалом.

– Так я и не был. Это меня все хотели грохнуть. А я почти никого не убивал. Так, несколько мразей. Ладно, ладно, я принимаю серьезное лицо. В смысле серьезный вид. Давай позвоню Мишане, дотащим жмурика до выхода на каталке. Мол, какой-то пациент. А там погрузим в машину. Камеры у вас есть на входе? Здесь я точно не узрел."

"– У заднего входа нет, – вновь наклоняюсь к этому уроду и, попутно обдумывая, как это все можно разрулить без последствий, вновь зачем-то прикладываю руку к его шее. И вот парадокс – он жив. Зашибись.

– Леш, без шуток, я сейчас все устрою. Девочку только эту надо найти по срочному, а то еще ляпнет чего или придет с повинной, – уже совершенно другим голосом произносит Петя.

– Он жив.

– Хм… тогда предлагаю добить сосулькой. Я скажу Мишане, чтобы где-нибудь достал.

– Петь, как тебя самого не грохнули раньше?

– А я притворялся более тупым, чем есть, и никто не знал, что на самом деле я та еще хитрожопая умняшка. Это что-то типа ввести собеседника в заблуждение. Все, Алексей Батькович. Нет тела – нет дела. Придет в себя эта мразота и сто процентов заявит. Его надо добивать, Леш. Я реально знаю, куда деть труп.

– Ты сейчас такой серьезный, что пугаешь меня.

– Хорошо и грамотно прятать труп, Леша, это тебе не писю в писю пихать. Ну что, добиваем?

– Добью, – многозначительно произношу я. – Обязательно добью.