Проиграем?

От этих ласк, вопреки разгулявшему страху, тело начинает расслабляться. И с каждым его поцелуем внизу живота разрастается болезненно-приятное томление. Распахиваю глаза, как только чувствую губы Леши на своем животе. Ну почему мне это так нравится? Улыбаюсь как дурочка от столь приятных ощущений.

Но стоило только Зорину приподняться и провести рукой по моему бедру, как я тут же попыталась свести ноги. Приподнимаюсь на локтях, заглядывая ему в глаза. Никогда бы не подумала, что он может быть вот таким… таким Лешей. Усмехаюсь в голос.

– Расслабься, – хрипло шепчет он.

Ну как тут не поддаться? Вновь откидываюсь на подушку и закрываю глаза, когда чувствую, как он разводит мои ноги, а спустя несколько мгновений начинает медленно покрывать поцелуями внутреннюю сторону бедра, подбираясь все ближе к заветной цели. Неужели это я, лежу с разведенными ногами перед Зориным? Чудны твои дела, Господи.

Не вижу, но готова поклясться, что Леша довольно усмехнулся, когда я невольно издала какой-то непонятный звук, стоило его пальцам коснуться разгоряченной плоти. А когда он начал водить ими, едва касаясь входа, задевая при этом клитор, мне захотелось не только издать разочарованный стон, но и ударить его. Он намеренно так делает. Медленно, дразняще. Только я хотела возмутиться, как все слова застряли в горле, когда Зорин подхватил меня под колено, чтобы привести мою ногу к груди. Слишком. Слишком раскрытая, и вроде бы в этот момент должно стать очень стыдно, но, когда я почувствовала обжигающее прикосновение его языка, чувство стыда не успело меня накрыть. Он целует меня там, пробуя на вкус. Скользит языком, надавливая все сильнее. И это что-то запредельное, ни с чем не сравнимое. Комкаю в руках простыню, не зная куда себя деть. Сейчас мне не кажется это ни капли грязным или неправильным. Наоборот.

Я уже не сдерживаюсь, с каждым движением его языка мои стоны становятся все громче и громче. Все, что сейчас мною движет – это только желание растворяться в этих ласках. Чувствую, как в какой-то момент низ живота стал наполняться знакомым теплом, ощущения концентрируются в одной точке, а затем как будто резко взрываются. Так я и кончила под собственные непозволительно громкие стоны.

От полученного оргазма ноги как будто парализовало. Свести у меня их не получается. Спасибо, что руки, недавно комкающие простыню, оказались рабочими. Чувствую, как Леша ложится рядом и наконец-то открываю глаза.

– Мне кажется, тебе понравилось, – с усмешкой произносит он, притягивая меня к себе. Я же наконец-то смогла пошевелить ногами, заодно и подтянуть рукой простыню. Хотя, какое уже на фиг стеснение после такого."

"– Ну не то, что бы очень понравилось, ну ничего так, – наконец отдышавшись, с трудом произношу я, заглядывая Леше в глаза. И все.