Измена. Я больше не твоя

Можно ли это простить? Когда твою душу выворачивают наизнанку, в грязи топчут?

В доме я хочу сбежать, быстро сбрасываю туфли, юбку длинную придерживая.

– Аля, стой. Подожди.

– Я устала. Мне плохо.

– Мне тоже плохо. Очень плохо, Аль. Подожди, послушай.

Игнорирую, продолжая идти вперед. Господи, почему этот холл такой длинный!

Марк успевает схватить за руку до того, как я ступаю на лестницу.

– Аля, остановись!

– Не хочу, оставь меня!

– Да остановись ты!

Молча выдираюсь из объятий, в которые он меня пытается притянуть, челюсти зло сжимаю, в носу щиплет, слезы уже катятся…"

"– Чёрт! Аля! Да помоги же ты мне! – он не говорит, орёт! Внезапно в таком отчаянии! – Помоги! Неужели ты не видишь! Я уже не знаю, что делать! Я запутался! Я уже в край запутался! Тупик! Не могу больше! Помоги! Подскажи! Ну как мне быть? Да что мне сделать, чтобы ты простила? Я, черт возьми, люблю тебя!

Он держит меня за плечи, заставляя голову поднять, смотреть на него. А я не вижу – слезы застилают.

– Аля… что мне делать?

– Отпусти меня. Совсем отпусти. Пожалуйста. Я не могу, Марк… не могу.

– И я не могу. Не могу отпустить, слышишь? Я сдохну без тебя!

– А я с тобой…

Говорю тихо, еле слышно. И это правда. Не могу рядом с ним. Мне так больно, словно меня постоянно в кислоту, в огонь. Задыхаюсь. Потому что каждую секунду тут я вспоминаю о том, как было хорошо.

И о том, что любовь, правда, так не проходит.

А я хочу, чтобы она прошла! Так хочу!

Глава 22

Он выпускает меня, нет, не так… Просто опускает руки и голову. Говорит хрипло:

– Прости, Аля… Я… Я на самом деле не знаю, что делать, если ты уйдешь. Мне будет проще умереть, наверное.

Слишком громкие слова.

Мне нечего ответить. Точнее, есть что, но я даже не знаю, как это выговорить.

– Аля… я дико облажался. Я думал… не знаю, о чем думал. Понимаешь, ты… ты невинная, чистая, и… мне всё время казалось, что я тебе сделаю больно…

Не выдерживаю. Меня несёт, меня взрывают мои мысли, с ума сводят! Не могу держать это в себе.

– И поэтому ты просто решил меня убить разом, да? Боже, Марк! – меня всю трясет, кажется, кожа – как оголенный провод, стоит дотронуться – получишь смертельный разряд.

– Аля…

Выставляю руку вперед. Запрет на сближение. Нет. Ни за что. Нет. Слезы катятся, но я их не чувствую. Смотрю на него, говорю просто уже не в силах молчать. Не в силах слушать его.

– Мне не было с тобой больно! Марк! Только… в самый первый раз! И то… Потом это было чудесно! И мне всегда было хорошо!

Я не лгу, не лгу! Мне казалось, я самая счастливая! Я считала, что и он тоже.