Извращённая ненависть

Джулс фыркнул от смеха. “Если бы только у меня был твой оптимизм”.

“Ты можешь только желать”. Я повернула голову в сторону небольшой справочной библиотеки, расположенной рядом с главной библиотекой. “Итак, все еще хочешь трахаться?”

Ничто не превратило дерьмовый день в хороший трах.

Кроме того, между ее непреднамеренной ночевкой и кратким снижением наших охранников только что, мы были слишком далеко от правил нашего пакта. Пришло время вернуть его к тому, о чем он должен был быть: секс. Быстрый, транзакционный и взаимно удовлетворяющий.

Судя по жестким линиям шеи и плеч Жюля, она нуждалась в физическом освобождении так же сильно, как и я.

В ответ она собрала свои заметки и запихнула их в рюкзак. Мы оставили ее учебники на столе — я очень сомневался, что кто-то захочет украсть книгу по корпоративному праву — и как можно небрежнее зашли в справочную секцию."

"Я подвел нас к одному из стеллажей, который не попадал под пристальный взгляд камер безопасности, прежде чем прижал ее к полкам и прижался губами к ее рту. Все началось целомудренно, почти клинически — для нас это способ забыть о своих проблемах и ни о чем другом.

Но я не мог перестать думать о том, какой измученной она выглядела, или о том, как успокаивающе ее рука лежала на моей, и, прежде чем я это понял, поцелуй смягчился, превратившись во что-то большее ... не совсем нежное. Но понимание.

Это был наш первый поцелуй без злости, и он был приятнее, чем я ожидала.

Я обхватил ее лицо ладонями и провел языком по складкам губ Джулс, пока она не открылась для меня. Боже, она была невероятной на вкус, как жар, специи и сахар в одном флаконе.

Я всегда был шоколадным парнем, но корица быстро стала моим новым любимым вкусом.

Ее руки обвились вокруг моей шеи, и ее тихий вздох прошептал по моей спине и поселился где-то внизу живота.

- Думаешь, мы можем на время забыть о нашей дерьмовой неделе? - прошептала она.

Яростная защита поднялась в моей груди от прикосновения уязвимости в ее голосе, но я заставил ее отступить.

Мы были вместе только для секса. Все остальное было исключено.

“Милая, через несколько минут ты забудешь свое собственное имя”.

Я опустился на колени, мой рот приподнялся от удивления в ее глазах. Наши последние несколько раз были грубыми и восхитительно грязными, но сегодня я был в настроении для другого вида праздника.

Я засунул пальцы за пояс ее нижнего белья и спустил их под юбку. “Возможно, ты захочешь прикрыть рот, Рэд”.

Это было единственное предупреждение, которое я дал, прежде чем я раздвинул ее бедра и нырнул, чередуя нежные облизывания и длинные, жесткие тяги к ее сладкому маленькому клитору.

Я застонала. Здесь она была еще вкуснее.