Кафедра

Есаул тоже выложился знатно и выглядиел словно мумия. Лишь глаза сверкают бешеным блеском человека, ещё не отошедшего от смертельной схватки.

Весь тоннель заполнен казаками. Слышу многочисленные стоны раненых. И наши ребята тоже здесь. Серёга Книгин, Генка Феклистов, Лида Хвостова, Ксения Сурина…

— Где Алиса и ещё один… Ну, тот… Не помню имени, — спросил я у Феклистова.

— И Алиса, и Борька погибли, — глухо, с какой-то обречённостью в голосе, спокойно ответил он. — Алиска почти в дом вошла, как с крыши эта змеюка двухголовая кинулась. Я амфе одну башку успел отстрелить, а вот вторая цапнуть её за плечо успела.

Мы сюда затащили, а Алиса уже от яда того… Там, чуть дальше лежит… Обидно. Немного не хватило до спасения. Борька же под собственную гранату попал… Ещё в самом начале отступления. Теперь наша очередь помирать настала. Недолго ждать."

"— Тихо! Не скули! — рыкнул я на него Кудрявый. — Чудо, что вообще живы до сих пор! Бой не закончен, поэтому оплакивать товарищей рано! Гарнизон! По порядку номеров рассчитайсь!

Нас оказалось всего пятнадцать человек вместе с есаулом. Пятеро из добравшихся до подземелья уже умерли от ран или яда.

Двух тяжелораненых тоже не посчитали — им жить осталось максимум полчаса.

— Значит так! — не унимался Кудрявый, несмотря на своё ужасное состояние. — Те, кто поцелее, занимают позицию около люка. Твари его минут через десять-пятнадцать обязательно вскроют. Отстреливайте гадов до последнего патрона. Дальше, не геройствуя, отходите назад на перезарядку, уступая место второй линии обороны. После второй линии работает третья.

Здесь узкое пространство и промазать будет сложно. Главное — не дать приблизиться тварям к нам вплотную.

Если такое произошло, то по моей команде отступаем на несколько десятков метров, разрывая дистанцию. Минут сорок обороняться сможем. Ну а там и до подкрепления недалеко. Так что воюйте, ребята, от души! Теперь наши жизни зависят только от нас! Все поняли?

На этот риторический вопрос никто не ответил. Нам и так всем понятно, что это наш последний бой. Ну, а дальше как судьба распорядится.

Твари взломали бронированный вход на двадцатой минуте. И началась бойня. Кучка людей, задыхаясь в пороховом дыму, хоть и отступала, но каждый шаг давался нежити огромной ценой.

А потом закончились патроны. Запихнув свои пистолеты в кобуру, я достал из ножен Таракана. Смотрю, многие казаки тоже обнажили шашки. Сейчас отстреляются последние боеприпасы, и можно начинать рукопашную.

Неожиданно пол и стены подземного хода задрожали от мощнейших взрывов. Каменный потолок не выдержал и осыпался, наглухо отгородив нас от тварей. Раздались крики. Кого-то из людей накрыло обвалом.

— Дирижабли, — то ли прокаркал, то ли простонал есаул. — Наши прилетели.