Каникулы в Лимстоке. Объявлено убийство

Сколько бы эта дрянь ни стоила, все равно вид убогий, такое мое мнение.

Старик Эйш перевел дух и продолжил:

– Мисс Блэклок дома денег не держит. Джим Хиггинс клялся и божился, что это так. А кому еще знать, как не ему, если его жена ходит в «Литтл-Пэддокс» прибираться? Она все про всех знает. В каждую дырку свой нос сует, честное слово!

– И что же, по словам мужа, считает миссис Хиггинс?

– А то, что тут Мици замешана. Ну и норов у девчонки, скажу я вам! Спеси-то сколько, спеси! Недавно прямо в глаза назвала миссис Хиггинс батрачкой.

Краддок еще немного постоял, пытаясь (он привык быть аккуратным даже в мыслях) разложить по полочкам сведения, добытые у старого садовника.

Картина деревенских сплетен была исчерпывающей, но вряд ли что-то могло ему пригодиться. Он уже собрался уходить, как вдруг старик ворчливо произнес:

– Она небось яблоки собирает. Молодым это сподручней…

Так все и оказалось. Сперва Краддок увидел стройные ноги в бриджах, легко скользящие по стволу дерева. А потом перед ним предстала и сама Филиппа Хаймес, раскрасневшаяся, растрепанная, испуганная.

«Из нее вышла бы прекрасная Розалинда», – машинально подумал Краддок.

Инспектор был большим поклонником Шекспира и некогда имел успех в роли меланхолического Жака из «Как вам это понравится». Спектакль был поставлен для сиротского приюта.

Однако в следующий миг мнение Краддока изменилось. Для Розалинды Филиппа Хаймес была, пожалуй, холодновата. Правда, она была красива типично английской красотой, но все же облик у нее был слишком современный, в XVI веке идеал красоты был иным. Нет, Филиппа – просто хорошо воспитанная, невозмутимая англичанка.

– Доброе утро, миссис Хаймес! Извините, что напугал вас.

Я инспектор полиции Краддок из Миддлширского округа. Хотел поговорить с вами.

– Насчет вчерашнего?

– Да.

– А это надолго? Может, нам… – Она нерешительно огляделась.

Краддок кивнул на поваленное дерево.

– Разговор сугубо конфиденциальный, – любезно пояснил он, – но я вас надолго не задержу.

– Спасибо.

– Несколько протокольных вопросов. Когда вы вчера вернулись с работы?

– Примерно в половине шестого. Я задержалась минут на двадцать, потому что поливала в оранжерее цветы.

– Через какую дверь вы вошли в дом?

– Через черный ход.

Если идти мимо уток и курятника, то можно немного срезать путь. И не испачкать крыльцо. Я ведь порой прихожу такая чумазая!

– Вы всегда ходите этим путем?

– Да.

– Дверь была заперта?

– Нет. Летом она всегда нараспашку. Осенью ее прикрывают, но тоже не запирают. Мы часто через нее ходим. Войдя, я ее заперла.

– Точно?

– Абсолютно.

– Хорошо, миссис Хаймес. Что вы сделали, когда вошли в дом?"

"– Сняла грязные башмаки, поднялась наверх, помылась и переоделась.