Каникулы в Лимстоке. Объявлено убийство

Филиппа Хаймес выпрямилась и откинула прядь волос со вспотевшего лба. Она пропалывала цветочный бордюр.

– Инспектор?

Филиппа вопросительно поглядела на Краддока. Он, в свою очередь, присмотрелся к ней более внимательно. Ничего не скажешь, красивая девушка. Чисто английский тип: пепельные локоны, продолговатое лицо, упрямый подбородок, упрямый рот. Филиппа была чем-то удручена, обеспокоена. Но пристальный взгляд голубых глаз был абсолютно непроницаем. Да, эта девушка умеет хранить тайны.

– Извините, что снова отвлекаю вас от работы, миссис Хаймес, – сказал Краддок, – но мне не хотелось дожидаться, пока вы придете на обед.

– Я вас слушаю, инспектор.

А в голосе ни тени волнения или интереса! Но зато проскользнула тревога… Или ему почудилось?

– Сегодня утром мне было сделано одно заявление. Относительно вас.

Филиппа приподняла брови.

– Миссис Хаймес, вы решительно утверждаете, что незнакомы с Руди Шерцем?

– Да.

– И вы впервые увидели его уже мертвым?

– Разумеется. Я никогда его раньше не видела.

– У вас не было с ним разговора в оранжерее «Литтл-Пэддокса»?

– В оранжерее?

Краддок был почти уверен, что в голосе Филиппы промелькнул страх.

– В оранжерее, миссис Хаймес.

– А кто это сказал?

– Мне сообщили, что у вас был разговор с Руди Шерцем. Он спросил, где ему спрятаться, а вы пообещали показать надежное место и назвали вполне определенное время: четверть седьмого. Как раз в четверть седьмого Руди Шерц должен был добраться от автобусной остановки до усадьбы в день налета.

На миг воцарилось молчание. Потом Филиппа презрительно хмыкнула. Вид у нее был озадаченный.

– Я знаю, кто вам сказал, – процедила она сквозь зубы. – По крайней мере догадываюсь. Это ложь, очень глупая, неуклюжая и злобная. Почему-то Мици ненавидит меня больше всех остальных.

– Значит, вы отрицаете свой разговор с Шерцем?

– Естественно! Я ни разу в жизни не встречалась с Руди Шерцем. Да меня и дома в то утро не было! Я была здесь, на работе.

– Простите, в какое утро? – вкрадчиво спросил инспектор.

Секундная заминка. Потом глаза моргнули.

– Каждое утро. Я прихожу сюда каждое утро. И не ухожу раньше часа дня, – отбрила инспектора Филиппа и презрительно добавила: – Зря вы слушаете Мици.

– Итак, мы имеем взаимоисключающие показания двух девушек, – сказал Краддок сержанту Флетчеру. – Кому верить?

– Все считают, что беженка рассказывает байки, – откликнулся Флетчер. – Я тоже по опыту знаю, что иностранец соврет не дорого возьмет. Да и по всему видно, что она миссис Хаймес терпеть не может.

– Значит, на моем месте вы предпочли бы поверить миссис Хаймес?

– Если б не появилось каких-то веских улик, сэр.