Каникулы в Лимстоке. Объявлено убийство

Миссис Истербрук явно приперли к стенке.

– Нет-нет, я как раз слушала радио и никуда не выходила. Я выходила раньше. Около… половины третьего. Пошла прогуляться. Неподалеку.

Казалось, она ожидала дальнейших расспросов, но Краддок спокойно кивнул:

– Достаточно, миссис Истербрук. – Он обратился ко всем присутствующим: – Ваши показания будут отпечатаны на машинке. Вы сможете с ними ознакомиться и, если все будет, по вашему мнению, правильно, подписать.

– А почему вы других не допрашиваете? – со злобой вдруг спросила миссис Истербрук. – Например, Хаймес? Или Эдмунда Светтенхэма? Откуда вы знаете, что он спал? Никто ведь его не видел!

– Перед смертью мисс Мергатройд кое-что рассказала, – спокойно ответил Краддок. – В момент налета одного человека в комнате не оказалось, хотя он, по идее, должен был быть там. Мисс Мергатройд перечислила своей подруге имена людей, которых она видела. Путем исключения та пришла к выводу, что был некто, кого она не видела.

– Но никто не мог ничего увидеть, – сказала Джулия.

– Мергатройд могла, – неожиданно подала голос мисс Хинчклифф. – Она стояла за дверью, там, где сейчас стоит инспектор. И была единственной, кто мог видеть происходящее."

"– Ага! Вы в этом уверены? – заявила Мици. Она появилась весьма театрально – распахнув дверь с такой силой, что чуть не сбила с ног Краддока. Мици была очень возбуждена. – О, вы не приглашать Мици приходить вместе с другие, да, полицейский – деревянная голова? Конечно, я ведь просто Мици! Мици для кухня! Мици должен сидеть на кухня, там ее место. Но я скажу: Мици видит, как остальные. А может, даже лучше, чем остальные! Да, я много видеть. И кое-что видеть в тот день, день налет. Кое-что видеть, но не поверить и до теперь держать язык… Как это?… За зубы. Я думала, я не буду говорить, что видеть. Пока не буду. Я буду ждать.

– А когда все утрясется, начнешь выманивать денежки? – усмехнулся Краддок.

Мици накинулась на него, как разъяренная тигрица:

– А почему нет? Почему мне нельзя платить, если я великодушно молчать? Особенно если когда-то будут деньги… много, много деньги! О! Я кое-что слышать и знать, что есть вокруг. Я знаю эти Пипэмеры… тайное общество, агент который, – Мици картинно указала на Джулию, – являться она. Да, я хотела ждать и просить деньги… Но сейчас боюсь. Лучше быть в безопасность. Потому что, может, скоро кто-то убьет и меня. Поэтому я скажу, что знать.

– Прекрасно! – скептически отозвался инспектор. – И что же ты знаешь?

– Сейчас сказать, – торжественно продолжала Мици. – Тот вечер я не сидеть в чулан и не очищать серебро. Я в столовой, когда услышать, как ружье стрелять. Смотрю дырка для замок. Холл черный, но ружье опять паф, и фонарь упадать. Упадать и все светить. И я вижу ее. Я вижу ее рядом с налетчик. Она держать ружье.