Капитан

А вне стен острога мы очень лёгкая мишень. Одна стычка с тварями, и всё будем кончено.

— Мы своего не бросим, — с нажимом сказал я, — Если есть хоть малейший шанс, что он жив, мы его найдем и вытащим отсюда.

— Не дурите, — покачал головой капитан, — Втроем, ночью в лесу вы никого не найдёте. Мы вернёмся, отдохнём, перевяжем раненных и организуем поиски утром. До утра парень должен продержаться, если ранен не сильно. А если сильно… То мы и так ничем не сможем ему помочь.

— Мы. Идём. За своим. Разговор окончен, — бросил я, повернулся и пошёл дальше по заляпанному кровью следу.

Роберт и Тур молча последовали за мной. Своего мы бросать не собирались ни при каких обстоятельствах. Сколь бы разумными ни выглядели доводы капитана.

— Дело ваше, — тихо обронил Бернард упавшим голосом, тоже повернулся и направился к своим людям."

"Вернона долго искать не пришлось. Парень сумел отойти в сторону на пять, может быть шесть сотен шагов. А потом его ноги подкосились и он упал лицом прямо в снег, да так и остался лежать. Мы кое-как перевернули его тело на спину. Лицо парня было залито кровью.

Тёмные дорожки тянулись из глаз, носа, рта, разбитых губ. Её было настолько много, что вокруг головы бедолаги снег оплавился и пропитался ей насквозь. Других повреждений у него вроде не наблюдалось. По крайней мере видимых.

Я содрал с его руки перчатку, подтянул рукав. Затем снял одну из своих латных рукавиц.

— Ну, — нетерпеливо поинтересовался Тур, — Живой?

Я ничего не ответил. Пытался прощупать пульс. Что-то там было, но угадывалось настолько слабо, что не удавалось понять, есть он вообще или только кажется.

Но рука была тёплой, а не окоченевшей, словно у трупа. И это давало надежду.

— Надо соорудить носилки, — скомандовал я, — Парни, срежьте две жердины, я пока подумаю, как закрепить между ними плащ.

— Не надо, — Тур наклонился вперёд, ухватил парня подмышки и крякнув, взвалил себе на плечо. Тот лишь безвольно мотнулся, словно набитая дерьмом кукла. И, как мне показалось, что-то едва слышно простонал, — Вот так, — он устроил парня на плече поудобнее, покрутился из стороны в сторону и посмотрел на меня, — Можем идти?

— Можем, — устало подтвердил я, — Давайте и впрямь поторапливаться.

Пока нам везло, но не стоит искушать судьбу лишний раз.

До лагеря добрались тоже без приключений. Лишь один раз мне показалось, что мы вновь слышим язык мёртвых. Но, на этот раз это был просто ветер, разгулявшийся в лысых кронах деревьев.

А вот «дома» было не всё ладно. Это мы поняли ещё на подходе, когда увидели, как двое бойцов Бернарда выволакивают за ворота… тело третьего. Похоже, начинал сбываться самый худший из наших прогнозов.