Капитан

Скошенный навес из толстых чёрных брёвен, засыпанных сверху какими-то ветками, колода дров, аккуратно сложенная чуть поодаль от пламени, несколько чёрных котелков, стоящих рядом с огнём. В них кипела и булькала какая-то странная, и не шибко приятная на вид жидкость. Чёрное густое варево, то и дело хлюпающее большими, маслянистыми пузырями. Бррр, мерзость. И кто в здравом уме рискнёт запихивать такое в себя?

Вопрос остался без ответа. В лагере было пусто. О том, что тут недавно останавливались люди говорила лишь куча грязного тряпья, сваленная за навесом. Одежда была целая, но вся перемазана во всё том же говне, что варилось в котелке. А может быть, это была кровь? Густая, свернувшаяся, но почему-то оставшаяся липкой?

Об этом думать не хотелось. Мучал меня другой вопрос — куда делись обитатели лагеря? Кем они были? И куда мне двигаться дальше?

Пламя начинало постепенно гаснуть, и за чёрными стволами деревьев вновь показались силуэты потерянных душ. Они не могли подойти к огню, но их манила жизнь. Те её остатки, которые сохранились во мне. Тот единственный шанс для них вернуться в нормальный мир. Им было глубоко плевать на то, что забрав моё тело, они обрекут меня навечно скитаться по этим серым, безжизненным пустошам. И я не винил их за это. Но и позволить им этого не мог, а потому наклонился и подкинул в костёр несколько дровин. Это даст мне отсрочку. Время на размышления.

Под навесом оказалось тепло и сухо. Кто-то расстелил тут солому и сверху накидал еловых веток. Где он их взял — ума не приложу, но какая в конце-концов разница.

Начало клонить в сон. Я сопротивлялся, но тело как будто парализовало, и оно напрочь отказывалось слушаться. Тихо потрескивало пламя, выплёвывая в серое небо снопы ярко-оранжевых искр. Едва слышно скрипел старый, лес, переговариваясь голосами тех, кто давным-давно умер. А ещё… Скрипел пепел. Скрипел под чьими-то сапогами.

Мимо прошёл человек. Его лицо скрывал грязно-серый капюшон, а сам он кутался в такого же вида плащ. Незнакомец уселся рядом с котлами, достал откуда-то из-под обносков ложку и принялся помешивать мерзкое варево, не обращая на меня никакого внимания. Вскоре к нему присоединился ещё один человек. Женщина. Она куталась в такие же грязные обноски, и определить её «пол» получилось лишь по грязной копне волос, выбивающейся из под замызганного капюшона, да более тощей и низкорослой фигуре.

Она тоже не обратила на меня никакого внимания. Присела рядом с мужчиной и принялась терпеливо ждать, когда он «доварит» их мерзкое нечто. Оцепенение потихоньку начало спадать и рука сама собой потянулась к мечу. Что у этих незнакомцев на уме, ведомо лишь одним богам, так что лучше быть начеку.