Касьянов год

Денег у солдата, по всему, было мало, а гонору оказалось много. Гость быстро захмелел и начал дерзить публике. На увещевания ответил:

— Я солдат, имя знаменитое,[50] я царю служил! А вы? Диаволу? Ему, кому же еще.

Завсегдатаи не поняли, при чем тут дьявол, и пытались разобраться. Но служивый только кричал всякие глупости и мешал другим. Его попробовали вывести вон. Однако не вышло. Солдат нагло заявил:

— Я всю роту сюда приведу. По бревну раскатаем ваш клоповник.

И тогда владелец заведения, степенный старовер, приказал половому:

— Сходи-ка за Лукой Емельяновичем. Хватит такое терпеть.

Вскоре нужный сыщику человек показался на пороге. Он сразу узнал служивого:

— Ты зачем явился, дурак? Я же наказывал не приходить.

— Иди прочь, галман. Всю роту… а то и баталион…

Лука Емельянович огляделся. Хозяин сказал ему:

— Не здесь бы, а? Выведи куда-нибудь.

Комендант Зверинца за ворот вытащил пьяного на улицу. Тот нетвердым шагом двинулся к ближайшим кустам.

— Эй, куда? Замри!

Солдат не останавливался. Уголовный двинулся следом, недобро ухмыляясь. Вдруг в зарослях босовик повернулся и сказал обычным голосом:

— А ведь я тебя знаю. Ты Карп Притаманный.

Фартовик дернулся, словно его ударили по лицу. Огляделся по сторонам и спросил:

— А ты кто? Я тебя не помню.

Сам же при этом сунул руку в карман.

— Я надворный советник Лыков из Департамента полиции.

Карп выдернул руку с ножом, но ударить не успел. Лыков махнул, как кошка лапой: вроде играючи, однако рослый детина отлетел на сажень. Пока он приходил в себя, Алексей Николаевич успел его обыскать. Выудил дешевый револьвер с полным барабаном, понюхал ствол. Никакого запаха — из оружия давно не стреляли.

Рывком подняв пленного, сыщик поставил его на ноги. Высунулся из кустов: кругом было тихо и безлюдно.

— Слушай внимательно, скот. Сейчас идем в участок. Рука у меня тяжелая. Дернешься — врежу сзади кулаком по почке. Она от этого разлетится на куски прямо внутри тебя. Сообразил?

Притаманный молча кивнул. Он стоял с затравленным видом, пытаясь понять, что случилось. Только что был кум королю, хозяин слободки. А сейчас без ножика, в голове шумит…

— На шаг впереди меня. Пшёл!

Они двинулись к плацу. Зверинец — тихое место, и прохожих почти не попадалось. Но уже через сотню шагов убийца попробовал улизнуть. Сыщик догнал его и приложился повыше поясницы. Вполсилы, чтобы не калечить. Притаманный долго выл, пытался подняться, но не мог. В переулке замаячили люди. Питерец взял пленного под руку и потащил едва ли не на себе.

— Второй раз будет последним, — пригрозил он.

Но Карп не испугался. Как только они поравнялись с какой-то девочкой лет тринадцати, фартовый прохрипел ей:

— Скажи…

Закончить не успел — полетел кубарем на землю. Девчонка убежала прочь.