Хищный. Наглый. Холостой

Огонькова уже несколько месяцев работала на моего брата, стала его правой рукой в бизнесе, они прекрасно ладят друг с другом. Мир оказался до безобразия тесным.

— Держи кофе, Арина. — Савва подал ей кружку, я же беспомощно смотрела на полную миску Самсона. Что-что, а кошачьего корма в этом доме было предостаточно.

— Спасибо. — Огонькова поймала мой растерянный взгляд и тут же спросила: — А почему ты кота Саввы называешь Самсоном?

— Потому что Савелий раньше был котом Кати, — ответил за меня Баринов. — И она его назвала Самсоном. Это долгая история, тебе вряд ли будет интересно.

— Да, я не кошатница, — извиняющимся тоном произнесла Арина. — Я люблю собак, но не могу позволить себе. Слишком много работы, постоянные командировки.

Я пила свой кофе, слушала Огонькову и совершенно не представляла, что будет дальше. Очень странная и неловкая ситуация, нам троим явно неуютно вместе. Но никто не собирался это первым признать и уйти.

— Арина передала мне картину от твоего брата, Кать, — неожиданно произнес Баринов. — У нас был шуточный спор, но он все понял слишком буквально.

— А что за спор? Я не знала, что вы общаетесь.

Арина удивленно приподняла красивые брови, но промолчала. У меня будто камень с души упал: всему есть объяснение, и ее появлению в квартире Саввы тоже. В конце концов, они же адекватные люди, почему им не общаться после расставания? Я же чувствовала себя не совсем цивилизованно — жаждала, чтобы Арина испарилась отсюда.

— Мы спорили на динамику акций Tesla, — пояснил Савва. — Я победил. Ты собиралась в Манеж вечером?

Огонькова застыла с кружкой в руке, потом едва заметно кивнула.

— Да, люблю там бывать, когда приезжаю в Москву.

Мне приятно, что ты помнишь."

"Пустая кружка осталась стоять на мраморной столешнице, а бывшая подруга Баринова уже застегивала в коридоре свои дорогущие босоножки. Вот так: всего одно напоминание — и она уже стоит в дверях. Умная женщина, ничего не скажешь. Я, наверное, не такая. Меня бы одним намеком он не выставил вон.

— Была рада видеть тебя, Катя. — Она улыбнулась мне, как старинной приятельнице. — Еще увидимся. Савва, спасибо, что встретил.

Баринов кивнул.

— Пока.

За Огоньковой захлопнулась дверь, а я так и продолжала стоять спиной к Савве.

Чувствовала его тихое дыхание на своем затылке и не находила в себе сил обернуться и честно посмотреть ему в глаза.

— Ты зачем пришла, Катя? — Его голос не выражал ровным счетом никаких эмоций. И это пугало.

— Покормить кота, — в отличие от Баринова я не могла говорить спокойно, голос подрагивал от напряжения. — Я не знала, что ты дома. И вообще, у тебя мобильный отключен! Я до тебя второй день не могу дозвониться.

— Лучшая защита — это нападение, — с усмешкой заметил Савва и развернул меня к себе.