Хищный. Наглый. Холостой

Я гнала от себя мысли об этой Нике и отказывалась верить, что у Саввы отношения с эскортницей. Но тогда что он с ней делал? Выплачивал гонорар? Так для этого не нужно было обниматься!

Пару раз я была близка к тому, чтобы позвонить ему, но все-таки удерживалась, понимала, что сейчас ничего, кроме истерики, выдать Баринову не смогу.

Я любила его, но чувствовала, что опять ошиблась. Столько всего провернуть у меня за спиной и при этом не дать Тимуру и Сереге меня загрызть! Обвинять меня в том, что я жалею о разрыве с Кальяновым! Да как у него язык повернулся?!

Утром ждал сюрприз — Баринова в офисе не оказалось.

А у меня столько вопросов в голове за ночь накопилось, что я не успокоюсь, пока все из него не вытрясу. Я хотела знать, даже если мне будет больно!

— Привет, Леш. — Я остановила в коридоре спешащего Козлова. — Ты не знаешь, когда Баринов приедет?

— Он с утра звонил, сказал, что сегодня его не будет, — с готовностью ответил главный стратег. — Я проведу летучку.

Я кивнула, стараясь скрыть разочарование. Разговор откладывался. Я не собиралась, надув губы, отходить в сторону и делать вид, будто меня не касаются дела Баринова.

Проскользнула мысль заглянуть в пиар и вытрясти все дерьмо из Пашки, но я вовремя остановилась.

Работа не клеилась. Рядом была Диля, мы обсуждали условия для новой рекламной кампании, смотрели последние исследования рынка, провели собеседование еще с двумя претендентами на место уволенного Сергея, но мысленно я продолжала выяснять отношения с Бариновым. Он не подавал признаков жизни весь день. Я же решила первой не звонить.

— Кальянов приходил вчера вечером, — неожиданно сказала Юсупова, когда мы с ней выходили из переговорной после совещания с «продажниками».

 — Обвинил в том, что вы расстались. Сказал, из-за меня ты не хочешь, чтобы он к тебе вернулся.

Я удивленно покосилась на бывшую подругу — последние недели она избегала разговора про Пашку.

— Не перестаю восхищаться Кальяновым, — фыркнула я. — Его выгнала та девица, о которой ты мне говорила, вот и ищет виноватых.

— Кать, я знаю, что как прежде у нас никогда больше не будет. — Диля смотрела на меня отрешенно, но я чувствовала, что ей непросто даются эти слова. — Но я хочу, чтобы ты знала: с Пашей у меня все давно в прошлом.

Что бы ни произошло, ты всегда можешь на меня положиться.

— Спасибо, Диль. Спасибо, что защищала меня во время проверки. Мне важно, что мы не стали врагами. Кроме Пашки, нас много чего связывало, но ты права: как прежде уже не будет.

Она поняла, что спорить бесполезно, и молча вернулась в кабинет. Вот и все."

"Я ощутила в груди легкую грусть, но в то же время и облегчение. Я была на удивление спокойна и чувствовала, что готова поговорить с Бариновым, чем бы он сейчас ни занимался.