Хищный. Наглый. Холостой

Поэтому лишь сильнее прижалась к Баринову, обвив руками его шею. Он вздрогнул, замер на мгновение, а потом вернул себе инициативу…

Наверное, мы слишком сильно хотели этого — не было места для робости и неуверенности, наш второй поцелуй совсем не походил на первый. Решительный, властный и откровенно чувственный. Наверное, так целуются те, для кого поцелуй — это начало пути. Я не знала точно, я так ощущала.

— Баринов… — Я все-таки нашла в себе силы остановиться, дыхание отказывалось приходить в норму. Пришлось сделать глубокий вдох. — Ты торопишься с помощью, не находишь?

— Нисколько.

 — Савва выглядел как довольный сытый кот. Сейчас он и правда походил на нашего рыжего мейн-куна. — А ты трусишка, Дымова.

Баринов снова потянул меня к себе. В его объятиях было обманчиво безопасно. Натуральный хищник.

— Я в отношениях, Савва, — напомнила, тут же согнав улыбку с его лица. — Что бы ни происходило у нас с Кальяновым, мы пара.

По крайней мере, официально.

Викинг зло сощурился, я же отвернулась и поспешила из спальни. Потому что мне очень хотелось остаться. Застыла в коридоре напротив картин, но не потому, что они так уж привлекли мое внимание, а потому, что ждала Савву.

— Баринов, — не выдержав, позвала я его, — экскурсия ограничивалась только спальней или еще что покажешь?"

"Хотя я ушла из комнаты, я совершенно точно не собиралась сбегать от Саввы. Не в этот раз.

Глава 18

— Уверена? — недовольно спросил Викинг. — Даже не попрощаешься с Савелием?

— Запрещенный прием, Баринов. Ты пытаешься манипулировать мной через кота. Мне правда надо возвращаться.

Я с наслаждением вбирала в себя теплый вечерний воздух и радовалась непривычным ощущениям.

Когда я вот так себя чувствовала? В голове мелькали приятные воспоминания: вот Пашка, краснея и волнуясь, делает мне предложение, вот мы отмечаем в шумной компании его день рождения, вот Тимур прямо дает понять, что меня ждет долгожданное повышение…

Все не то. Сейчас по-другому — свободно, легко и волнующе. Я как Алиса, которая забралась в кроличью нору, еще не зная, что ее ждет, но в полной уверенности, что это точно будет необыкновенно.

— Спасибо тебе за этот день, Савва.

 — Я мягко дотронулась до рукава его пиджака. — Я его точно никогда не забуду.

— Конечно, не забудешь. — Самоуверенность Баринова и тут себя проявила. — Открой свою сумку.

— Зачем? — спросила я, но все-таки выполнила то ли просьбу, то ли приказ Саввы. — Ого!

Я с удивлением вытащила из открытого внутреннего кармашка бежевую кожаную ключницу.

— В любое время ты можешь прийти ко мне, Катя, — Баринов говорил серьезно, не допуская привычную насмешку в голосе. — Что бы ни произошло, я всегда рядом.