Хозяйка хищной космической оранжереи

А ну, девочки, окружаем его!

Вот за что я любила нашу милую группу увлеченных ботаничек. Сплочённость и целеустремлённость. Чувство собственного достоинства и способность дать отпор.

Прямо гордость взяла, когда Олянис летел, петляя, через весь ботанический сад, как рогатый заяц, и цепляясь за низкие ветки деревьев.

Красота!

Вывалив на улицу, мы проследили за его стремительно удаляющейся в сторону общажных корпусов фигурой.

— И так будет с каждым, — усмехнулась Лойза и взглянула на меня. — Это не тебя ли там мои сородичи ждут?

Смекнув, что сородичами она называет всех оршей, я обернулась на дорогу.

Там у легкого пассажирского катерка стоял Маэр, второй по старшинству брат мужей моих сестёр.

— Ага, — я кивнула, — домой пора.

— Войнич, а вот что такого хорошего нужно сделать, чтобы оказаться в одной семье с такими красавчиками и при этом не быть им кровной родственницей? — спросили за моей спиной.

— Ну, как минимум, иметь трёх сестёр-красоток, — я хохотнула. — Приходите в гости, мама как раз ищет всем невест."

"— Да толку, — протянула Стема. — Я месяц таскалась. Маэр этот как болванка бесчувственная, глазки сломались об него.

Кирроси вообще согласен осчастливить всех, но главное — не жениться.

— Ага, а лучше, чтобы разок в катере, а после и имя забыл.

— Гад! — рявкнули они дружно.

— А Лукер…

— А вот здесь молчите, — я махнула рукой. — Не надо о больном.

Они захохотали.

— Но всё равно жду всех в гости, у нас там и путёвые парни имеются, — добавила и направилась к Маэру, пытаясь отлепить от кожи мокрую футболку.

Хлопнула дверца катерка, и показался… Да, Лукер.

Я приостановилась, но деваться было некуда.

И ведь сидел там, не выдавал себя. Знал, что я с ним никогда не полечу домой.

— Гад, — процедила и всё же пошла к родне. Тем более что на переднем сидении уже расположилась Камелия.

Глава 4

Пока передвигала ногами, все не могла не таращиться на младшего из оршей.

Лукер…

Мой самый большой раздражитель. Я не могла даже спокойно сидеть с ним во время ужина за одним столом. Кусок в горло не лез.

А он… А он, наоборот, вечно маячил возле меня, словно нарочно развлекаясь.

Даже сейчас, вместо того чтобы просто сидеть в катере, нет, он вылез, демонстрируя себя.

Еще и руки сложил на капот. И таращится так на меня… Вернее на мою… грудь!

Моргнув, я приподняла бровь и снова взглянула на свою футболку. Ох ты ж, меня же водой за день окатило дважды! И…

А-р-р, я принялась отлеплять мокрую ткань от кожи. Оно же мало того что все демонстрировало, так еще и просвечивало немного.

Вот пакость, а!

А этот таращится. Сравнивает, наверное.

Конечно, куда мне с моим вторым против третьего Камелии. Не уродилась.