Хозяйка хищной космической оранжереи

— Детка… А детка, — прошипел Мити, — мы с братом ваш неуемный зад сейчас зачем спасали? Чтобы вы там утопились подводной гадости на радость? Плавать-то умеешь под кислотным обстрелом?

Тишина и тихое: «Нет».

— И хвала космосу! — припечатал кендалийек Дупел. — Увижу вас у реки — мгновенно улетите домой!

— Не посмеете! — по больно уж дерзкой интонации определила Лалу.

— Проверь! — в наглости наш Дупел ей не уступал.

Лукер сидел с такой довольной улыбкой, что треснуть его захотелось.

Хмыкнув носом, отвернулась. Нет, ну как бы и я плавать не умела. Но очень уж хотелось заполучить хоть один водный вид.

— Они бы здорово смотрелись в пруду оранжереи, — мечтательно вздохнула я.

— Не выйдет, Петуния, — голос Лукера даже не дрогнул. Он спокойно управлял катером и держался ближе к высокому берегу. Поставив руку на дверь, я выглядывала в окно. А там… Ну чего только не плавало! И все такое красивое, яркое, липкими ловушками в воздухе потрясывает.

— Я бы осталась здесь жить, — снова мечтательно вздохнула.

— Я бы увез тебя отсюда прямо сейчас, — процедил орш.

— Никакого в тебе романтизма.

— Петуния, оглянись, здесь же живность — корм для растений.

— Зануда, — припечатала я его.

— Ответственный и разумный мужчина, — исправил он меня.

Я снова уставилась на водную гладь. Там, на глубине, колыхались огромные сибутки — хищные водоросли, предпочитающие в рационе птиц. Они росли, как правило, в тени деревьев и ждали, пока какая незадачливая птаха усядется на нижнюю ветку, а после резко вытягивали гибкий стебель, вырываясь из толщи, и…

— Да твою же, — выругался Лукер.

Я же, моргнув, сообразила, что нас окрутило."

"— Вверх! — прокричала я оршу. — Они легко рвутся!

— Ура! — донеслись до нас радостные вопли кендалиек. — У нас будет сибутка!

— Не у вас, а у меня, — проорала я, пока Лукер сражался с растением, желающим затащить нас под воду.

— Куда ты целишься, сакали?! — кричали в соседнем катере, не слушая меня. — В междоузлие бей… Что, значит, ты не знаешь, что это такое! Да между листьями ей попади… Дай, я сама!

Обернувшись, я увидела, как у обалдевшего Дупела отобрали бластер, и одна из сестер, высунувшись наружу, прицельно палила в выступающий из воды стебель сибутки.

Выстрел… Еще один. И растение оборвалось.

— Да! — заверещала вторая кендалийка. — Лалу, я тобой горжусь!

— Кажется, и я ей горжусь, — хмыкнула и покосилась на бластер Лукера.

— Даже не думай об этом, — рявкнул орш.

Тем временем Дупел отобрал свое оружие и зло засопел.

Но это не омрачало мою радость.

— Ну можно же в ведро какое ее посадить, да? Нет, не выживет она в нем. Нужна аэрация… — я быстро искала решения.