Хроники Придайна

Он проворно забегал на четвереньках вокруг Гвидиона, и Тарен был уверен: имей Гурги хвост, уж он бы яростно вилял и крутил им.

— Тогда, — скулил Гурги, — в знак прощения не дадут ли два непобедимых героя Гурги поесть? О, желанные чавка и хрумтявка!

— После, — сказал Гвидион, — после того, как ты ответишь на наши вопросы.

— О, после! — залопотал Гурги. — Бедный Гурги должен долго-долго ждать свои чавки и хрумтявки. Через много лет, когда великие принцы будут с аппетитом делать хрумт и хруст в своих пиршественных залах, они наконец-то потом вспомнят голодного, несчастного Гурги, ждущего кусок какой-нибудь жарки или варки.

— Как долго тебе придется ждать свои чавки и хрумтявки, — сказал Гвидион, — зависит от того, как быстро ты ответишь на мои вопросы. Видел ли ты утром белую свинью?

Хитрющие глазки Гурги блеснули из-под нависших густых бровей.

— Другие великие воины тоже громко издавали свои покрикушки и посвистушки в поисках поросюшки. О, может быть, они не будут так жестоки и не заставят бедного Гурги страдать и голодать, хотеть и худеть. О нет, они-то принесут ему поесть…

— Они снесут! Снесут твою глупую голову с плеч до того, как ты успеешь лишь подумать об этом, — сказал Гвидион.

 — У одного из них была на лице маска с оленьими рогами, не так ли?

— Да, да! — закричал Гурги. — Большие рога! Вы спасете несчастного Гурги и его неснесенную голову, которую ему не сносить, если ее снесут?

И он протяжно завыл.

— Я уже теряю терпение, — предупредил его Гвидион. — Где свинья?"

"— Гурги слышит этих могущественных всадников, — затянул он снова. — О да, он слышит тихую вязь вязов, ропот грубых грабов, бормотание сонных сосен. Гурги умник-бесшумник.

Он очень глазаст. И слышит, как те великие воины говорят, что идут в неведомое место, но большой огонь поворачивает их назад. Они все ищут и ищут поросюшку с оглядками и лошадками.

— Гурги, — жестко процедил Гвидион, — где свинья?

— Поросюшка? О, ужасные бульки в животульке! Гурги голоден и не может вспомнить. Была ли здесь поросюшка? О, пустой живот! Гурги мрет! От ног до уха он — пустое брюхо!

Тарен вскипел, он не мог больше сдерживаться.

— Где Хен Вен, глупая волосатая зверушка? — взорвался он. — Скажи немедленно! Прыгнул, понимаешь, на меня, чуть не придушил! Тебя давно следовало бы хорошенько отдубасить!

Гурги с воплем перекатился на спину и заслонился руками.

Гвидион сердито повернулся к Тарену.

— Если бы ты слушался меня, на тебя никто бы не прыгнул. Не трогай его, не пугай! Он и так трясется от страха. — Гвидион глянул под ноги, на Гурги. — Хорошо, — сказал он миролюбиво, — скажи нам, где она?

— О, ужасающая ярость! — прогундосил Гурги. — Поросюшка поплыла по воде с брызгом и дрызгом. — Он приподнялся и махнул рукой в сторону Великой Аврен.