Хроники Придайна

 — Мне наплевать на опасности! Я должен найти Эйлонви!

Он зарделся от собственной решимости.

— Принц Рун, — мягко сказал Тарен, — я вынужден признаться тебе. Твой отец взял с меня клятву беречь тебя.

Лицо Руна словно бы погасло."

"— Я мог бы догадаться. Да, отец назначил меня начальником над отрядом. Но я-то сам прекрасно понимал, что не гожусь на это дело. Вот и сейчас не должен командовать. Понимаю. Я подчиняюсь твоим приказам, Тарен. Ты один решаешь, что нам делать.

— Ее найдут другие. Они сумеют это сделать, — попытался утешить его Тарен, хотя, похоже, утешал сам себя.

 — Что касается нас…

— Смотрите! Чьи-то спешки, побежки! — вскричал Гурджи, взобравшийся на ствол упавшего ясеня. — Это он! Гурджи узнал его! — Он возбужденно махал руками и подпрыгивал, указывая в сторону гряды низких холмов.

Тарен различил бегущего к ним человека. На одном плече у него подпрыгивала арфа, с другого свисал и волочился по земле плащ. Его длинные ноги работали неустанно, словно мельничные крылья. Вниз по склону мчался бард! Через минуту он, обессиленный и обливающийся потом, рухнул на землю у их ног.

— Клянусь Великим Белином! — выдохнул Ффлевддур.

 — Я рад видеть всех вас снова. — Он вытянул из-под плаща мечи, оставленные в лапах Ллиан. — А это, я думаю, будете рады видеть вы.

— Ты не ранен? — тревожно спросил Тарен. — Как тебе удалось убежать? И как ты нашел нас?

Все еще отдуваясь, бард поднял руку:

— Дай мне минутку, чтобы поймать второе дыхание, потому что мое выпорхнуло из меня где-то по дороге. Ранен? Да, пожалуй, если это можно назвать ранами. — И он посмотрел на свои покрытые волдырями пальцы. — А найти вас было не трудно. Рун, должно быть, унес с собой все угольки из очага Глю.

Он сеял их на всем пути, будто собирался вырастить лес угольных деревьев. Ваш след трудно было потерять.

Он отер струившийся по лицу пот.

— Что касается Ллиан, — продолжал Ффлевддур, — то барды еще сложат песни о моем с ней состязании. Я должен был сыграть, спеть, просвистеть, прожужжать, прокукарекать все, что знал, а потом еще все это повторить дважды. И уже приготовился дергать струны и бренчать весь остаток моей жизни. Благо что он представлялся мне коротким. Вы тольло вообразите себе! — Он в возбуждении вскочил на нога.

 — Один на один с разъяренным чудовищем! Бард против зверя! Зверь против барда! И бард уложил зверя!

— Так ты убил ее? — догадался Тарен. — Это великолепно!.. Хотя, честно признаюсь, мне жаль, потому что уж очень она была красива… по своему.

— Э… ладно… на самом-то деле, — Ффлевддур с опаской посмотрел на готовые вот-вот лопнуть струны арфы, — она просто уснула наконец. Я схватил ниши мечи и дал дёру.

Бард опустился на траву и с жадностью принялся за еду, которую разложил перед ним Гурджи.