Дама с коготками
Веселое празднование Нового года внезапно завершается трагедией. При странных обстоятельствах умирает хозяйка дома. Родственники погибшей спешат замять преступление. Тогда подруга убитой Даша Васильева затевает собственное расследование. Одна за другой отпадают версии. Так кто же преступник? Свекровь? Муж? Лучшие друзья? Или непонятно откуда появившаяся сестра? Единственное, в чем твердо уверена Даша, – убийца где-то рядом.
– Хорошо, – пролепетала стриптизерка, думая, что ей будет за вранье про вирусный грипп. Теплилась надежда: отстреленное ухо – не сифилис. Может, разрешат вернуться в «Бабочку».
Бандерша, закурив, задумчиво спросила:
– А ноги как?
– При чем тут ноги? – окончательно растерялась Рафаэлла.
– При том, милая, – любезно пропела посетительница, – что бежать тебе придется из Москвы далеко и быстро.
Валечка похолодела, а хозяйка, спокойненько выпуская дым из густо накрашенного рта, говорила страшные вещи:
– Тебе доверили важное дело, надеялись на твою честность. А ты открывала сумки и пересчитывала деньги, ведь так?
Стриптизерка молча кивнула, говорить не было сил.
– А в последнем ридикюльчике долларов не оказалось, точно? Но я знаю, они там были, и теперь докажи, что не ты их взяла!
Валя стала оправдываться, что-то бормотала о своей честности, но бандерша ее перебила:
– О какой честности ты толкуешь? Порядочные девушки не заглядывают в чужие сумки и не пересчитывают чужие деньги. Верни пять тысяч «зеленых».
– Нет у меня таких денег, – заплакала девушка, – и не брала я ничего, только смотрела."
"– А кто просил узнать про сожителя Раи Лисицыной? – вдруг резко сменила тему хозяйка. Рафаэлла хоть и была недалекой, однако сообразила, что правды говорить в этом случае никак нельзя. Одно дело, если просто хочешь отбить парня у товарки, другое, когда кто-то оплачивает полученную информацию.
Размазывая по лицу сопли, стриптизерка сказала, что давно мечтала поучаствовать в съемках.
Хозяйка выслушала ее и приказала:
– Выздоравливай и убирайся из Москвы подобру-поздорову. Да скажи спасибо, что на счетчик не посадили и баксы не требуем. Даже не пытайся задержаться в столице и пойти работать в другое место. Воровки и шпионки никому не нужны. Не послушаешься, в следующий раз окажешься в подвале Склифосовского. Там тоже получишь отдельную площадь – только очень холодную – полку в морозильнике. Чтоб через три дня духу твоего не было.
Она ушла, хлопнув дверью. Рафаэлла принялась рыдать.
Мне стало не по себе. В конце концов из-за меня девчонка вляпалась в историю. Надо помочь дурочке.
– Не реви, – приказала я, – какой от этого толк? Сегодня еще переночуешь здесь, а утром отвезу тебя к приятелям. Временно поживешь у них в Подмосковье, станешь помогать по хозяйству за плату. Будешь тише воды, ниже травы и в Москву ни ногой. В колледже оформим академический отпуск. Скажем, после несчастного случая мучают головные боли. Год потерпишь, а там все утрясется, и хозяйка забудет. Сколько у тебя денег сейчас есть на квартиру и где они?
Рафаэлла молчала. Я обозлилась.
– Мне твои гроши без надобности. Просто интересно, они в надежном месте?
Девушка кивнула:
– Отвезла к маме.
– Ну вот и хорошо. Теперь давай адрес колледжа.











