Дама с коготками

Стоит сделать первую затяжку, как легкие начинают отчаянно протестовать. Парадоксально, но синие французские «Голуаз» не вызывают такой реакции, хотя набиты довольно крепким табаком. Не раз Аркашка фыркал, объясняя, что даме больше подходит «Давидофф», на худой конец «Парламент», но я все равно предпочитаю «Голуаз». К сожалению, в России они не распространены. Наши люди традиционно курят американские табачные изделия. Поэтому, услышав, что я хочу закурить, мастера наперебой стали предлагать «Винстон», «Пэлл– Мэлл» и «Даллас». Но мне требовались любимые «Голуаз», к сожалению, недоступные. Ну не выходить же на январскую улицу в клеенке и с мокрой головой.

Видя мои страдания, Люда крикнула:

– Михалыч, иди сюда!

Из недр парикмахерской появился старик сторож.

– Дай ему ключи, – распорядилась Люда, – пусть сбегает за сигаретами, пьянь несчастная.

Распространяя удушливый аромат перегара, Михалыч, шаркая валенками, побрел к «Пежо». Через большое окно я наблюдала, как он не очень умело запихивает ключ в замок, поворачивает, тянет на себя дверцу…

И тут раздался оглушительный взрыв. В парикмахерской тоненько задрожали стеклянные бутылки, местная кошка, испуганно мяукнув, кинулась под кресло. Клиенты и мастера ринулись к окнам. На улице полыхал костер, в воздухе носились какие-то непонятные предметы. Все разинули рты. Вдалеке послышался вой сирены. Пламя бушевало, истребляя останки несчастного «Пежо». На тротуаре одиноко лежал рваный валенок с калошей – все, что осталось от алкоголика Михалыча. Я буквально остолбенела и, почувствовав слабость в коленках, рухнула прямо на грязный линолеум. Тут же ко мне кинулась очумелая киска. Плохо помню, как мне вымыли и высушили феном волосы. Откуда ни возьмись появились валерьянка и стакан горячего чая с сахаром. Люда поглаживала мою спину и приговаривала:

– Вот уж покурили так покурили.

Потом появилась милиция. Несколько парней в форме принялись деловито разгонять любопытных и натягивать вокруг останков машины красно-белую ленту. Толстый мужик в штатском, вытащив блокнот, принялся записывать мои данные. Узнав фамилию и адрес, устало вздохнул и поинтересовался:

– Подозреваете кого?

– В чем? – растерялась я.

– В факте организации взрыва машины.

– Как? – окончательно растерялась я. – Разве это не несчастный случай?

Милиционер отложил блокнот и тоном, которым учительница разговаривает со слегка недоразвитым ребенком, заметил:

– Человек подошел, сунул ключ в замок и раз… несчастный случай?

– Ну, может, замкнуло, сломалось!

Больше всего оперативнику хотелось сказать, что шарики сломались в моей голове, но, находясь при исполнении, он удержался и лишь безнадежно махнул рукой. Так и не сумели договориться.