Колонист «Вано»

Моё «пристанище» оказалось прямоугольным. Примерно три метра в длину, два метра в ширину. И где-то два с половиной метра в высоту. Из всей обстановки внутри имелось немного: моя лежанка, откидной столик на стене и два откидных стула. А ещё какой-то ящик со стороны изголовья лежанки.

Ящик казался вместительным: на всю ширину «пристанища» или, скорее, капсулы – и в полтора метра высотой. Дверца, чтобы попасть внутрь, находилась слева от лежанки.

А ещё я неожиданно осознал, что в моей капсуле жутко холодно.

Если у белого трико и были полезные функции, то среди них явно не числилось обогрева. Моё тело уже слегка закоченело. Пришлось старательно шевелить конечностями, чтобы разогнать кровь.

В этот момент мою капсулу тряхнуло в первый раз. Посмотрев в окно, я понял, что эта тряска ознаменовала столкновение с атмосферой планеты. Теперь капсула слегка вибрировала, продолжая падать, а вокруг неё вспыхивал от трения воздух.

Ещё какое-то время я старался подавить панику, поднимающуюся из глубин мозга. Заодно отметил, что температура внутри капсулы неплохо поднялась. Стало даже жарко…

А потом паника затопила сознание полностью. В тот момент, когда капсулу начало трясти, уже не переставая, я стал орать. И орал весь оставшийся путь! Я пытался вырваться из оплетших меня ремней – и даже пару раз был близок к успеху. Но эти подлые ремни умудрялись вовремя «подтянуться», чтобы снова придавить меня к лежанке.

В какой-то момент падения меня вдавило перегрузкой, больше не давая пошевелиться… Под полом зажужжал какой-то механизм, и падение замедлилось, сойдя на нет. А потом возобновилось меньше, чем на секунду. Правда, это не помешало сердцу рухнуть куда-то в пятки.

В этот момент белая капсула вздрогнула в последний раз… И замерла.

Пока я пытался унять стук взбесившегося сердца, решившего доказать мне и миру, что отбойный молоток – это слабак, и можно стучать ещё быстрее, белые ремни с щелчком отцепились от невидимых креплений. А затем, шурша, втянулись в лежанку. Я снова получил свободу движения."

"Правда, пользоваться ею я не спешил. Просто лежал с закрытыми глазами и считал до ста. Нужно было взять себя в руки. А ещё понять, что происходит, куда меня занесло – и что теперь делать. Данных для анализа было слишком мало, а эмоций внутри – слишком много.

Мне было страшно... Кто-то скажет, что в данном конкретном случае страх непродуктивен. И я с ним соглашусь. Но страх сам по себе иррационален. И почти неконтролируем. Боятся все живые существа. И боятся нередко. Значит, надо уметь не давить этот страх, а пропускать его через себя и жить дальше.

Вот этим я и занимался в первый час своей жизни на неизвестной планете… Я ещё не знал, что именно этот час и станет прологом в новую жизнь. Но так оно и было.