Командор войны

Некурящий Сергей молча прошел к своему столу, бросил на него папку с документами, включил вентилятор и достал платок:

— Жарко.

— Риони убили, — сообщил Андрей, не отрываясь от бумаг.

— Ого! — Сергей так и застыл с платком у потной шеи. — Кто?

— Наш маньяк.

— Вот это да! — Шустов присел напротив Корнилова. — И руку отрубил?

— Ага.

— И клеймо поставил?

— Да. Все по полной программе.

Сергей все еще не мог прийти в себя:

— А куда смотрела охрана? У него же Щербаков работает, бывший гэбэшник.

— Никто ничего не видел, — медленно произнес Андрей. — Как обычно.

— Ребята Риони знают о маньяке?

— Вряд ли.

Сергей покрутил головой:

— Будет война.

— Постараемся не допустить. — Корнилов подмигнул заместителю. — Что узнал о Серебрянце?

— О Серебрянце… — Собираясь с мыслями, Шустов снова вытер шею и убрал платок в карман. — Лев Моисеевич Серебрянц, коренной москвич. Пятьдесят два года, холост, точнее, разведен — жена ушла от него двенадцать лет назад, детей нет.

— Он действительно профессор?

— Да. Окончил историко-архивный институт, остался на кафедре, преподавал, защитил кандидатскую, затем докторскую.

В общем, карьера складывалась.

— Тогда расскажи, почему от него ушла жена, — усмехнулся Корнилов.

Он докурил сигарету, но сразу же достал из пачки новую. Капитан неодобрительно посмотрел на Андрея, но возражать не стал — привык.

— Пятнадцать лет назад Лев Моисеевич Серебрянц потряс научный мир весьма спорной теорией. Он на полном серьезе заявил, что человечество — не единственная разумная раса на Земле. И даже не первая. Что были другие цивилизации, потомки которых живут в нашем мире. Я созвонился со старым приятелем Серебрянца, и, если надо, он готов рассказать об этой теории подробнее.

— Коллеги подняли его на смех?

— Разумеется, — подтвердил Сергей. — Сначала теорию расценили как неудачную шутку, но Серебрянц с таким жаром доказывал свою правоту, что разругался со всем научным миром. Его карьере пришел конец, поговаривали даже о лишении научного звания. Лев Моисеевич ушел из института и отправился в свободное плавание: стал читать лекции и проводить семинары по своей теории. Первое время имел успех — в конце восьмидесятых люди активно интересовались подобными сказками.

Ну, ты помнишь: экстрасенсы, НЛО, Атлантида, снежные люди и все такое прочее. Постепенно Серебрянц надоел, потерял аудиторию и сейчас с миссионерской деятельностью практически покончил. За последние два года провел только один цикл семинаров, назывался он… — Шустов дотянулся до своего стола и вытянул из папки листок. — …назывался он «Право на жизнь». Тема все та же — на Земле обитают нелюди.

Корнилов задумчиво кивнул:

— А он приводил какие-нибудь доказательства своей теории?

— Сомнительные.