Командор войны

Еще несколько месяцев назад Кувалда являлся фюрером Шибзичей — самого маленького клана Красных Шапок — ни о каком императорстве, естественно, не помышлял, по крайней мере в открытую, а старательно лавировал между грозными предводителями куда более могущественных кланов: Дуричей и Гниличей, терпеливо дожидаясь, когда они допустят ошибку. И дождался.

Ослепленные посулами Вестника, Красные Шапки рискнули выступить против Великих Домов, что едва не привело к их полному уничтожению, стоило жизни доброй трети воинов и забросило на вершину власти в семье единственного оставшегося в живых фюрера — Кувалду Шибзича.

Он сумел удержать своих диких соплеменников от естественной в таких случаях междоусобицы и уже несколько месяцев единолично возглавлял семью. Кортес, который принимал в событиях с Вестником самое живое участие (в частности, именно он пристрелил Саблю, фюрера клана Гниличей), про себя отметил, что за эти несколько месяцев о Красных Шапках никто ничего не слышал — напуганные дикари вели себя очень тихо.

Наемник и сопровождающий его уйбуй миновали внутренний дворик и, войдя в подъезд башни, снова уткнулись в портрет великого фюрера — на этот раз в полный рост.

Кувалда в сверкающих доспехах стоял на небольшом пригорке и сквозь зубы цедил что-то почтительно склонившему голову светловолосому воину. За спиной полководца развевались красные знамена с изображением чертополоха — герба Красных Шапок.

— Император отдает приказ барону Мечеславу наступать на позиции Ордена. Дело происходит во время последней войны между Великими Домами, — не дожидаясь вопроса, объяснил уйбуй и, почесав под банданой, добавил: — Малевич.

— Неужели?

— Говорят, почел за честь.

— А барон Мечеслав видел эту мазню? — поинтересовался наемник. — Как я понимаю, у Великого Дома Людь свой взгляд на роль Красных Шапок в последней войне.

— Барон не видел, — коротко ответил уйбуй.

В случае, если вождям Зеленого Дома требовался кто-нибудь из Красных Шапок, они просто вызывали искомого дикаря к себе, а не мотались по московским окраинам.

— Нам сюда.

Грязный лифт доставил их на последний этаж.

— Кабинет великого фюрера на самом верху. Он любит смотреть на свой город.

— И думать, — поддакнул Кортес.

— И смотреть в будущее нашей великой семьи, — согласился уйбуй.

Выйдя из лифта, Кортес преодолел маленькую приемную с шестью охранниками, арку металлоискателя, приемную побольше с тремя охранниками и только после этого оказался у цели своего визита."

"Кабинет Кувалды, занимавший основную площадь последнего этажа, был обставлен тяжелой мебелью в стиле «фантазии Валуа», изобретенном два года назад тверской лесопромышленной артелью и пользующемся бешеной популярностью у средней руки бандитов.