Командор войны

Поскольку речь шла о его собственности, Кортес соблаговолил оторваться от сундука и, посмотрев на Артема, тихонько присвистнул:

— Что случилось?

— Я убил моряну.

— Сам как?"

"— Нормально.

— Крутой у тебя напарник, — сообщил Христофан. — А я, признаться, думал, что он слабак.

— Я его многому научил. — Кортес перевел взгляд на девушку. — А это что?

— Спас.

— Помощь нужна?

— Нужна машина, яд выдыхается! — Артем кивнул головой на сверток.

Насчет денег Кортес понимал с полуслова.

— Тогда поторопись. Лови ключи! — Артем поймал блеснувшую в лунном свете связку.

 — Только постели на сиденье полиэтиленовый мешок, он в багажнике лежит.

Артем всегда поражался запасливости своего напарника.

— Вы здесь надолго?

— Не думаю. — Кортес похлопал приставника по массивной спине. — Договоримся о цене, закопаем сундук и разбежимся.

— Я сам закопаю сундук, — пробурчал Христофан. — Договоримся о цене и разбежимся.

— Я позвоню, как освобожусь.

— До встречи. — Кортес повернулся к приставнику: — Христофан, сорок пять — это все, что я могу себе позволить. У меня четверо детей от трех жен, и я должен их кормить.

Спящий рыдает, глядя на мои мучения… Артем вздохнул и повел девушку к дороге.

* * *Московское полицейское управление.

Москва, улица Петровка,

15 сентября, пятница, 23.33

— Мы встречаемся с Павловым прямо с утра. — Лейтенант Васькин посмотрел в записную книжку. — Он директор фирмы «Парма Экспорт Плюс».

— Я помню. — Корнилов выпустил в прокуренный воздух кабинета новую порцию сигаретного дыма. — Это тот, которого ребята Чемберлена прижали два месяца назад?

— Совершенно верно. И он созрел для того, чтобы поработать с нами.

— А что он может?

Васькин уже привык к тому, что Андрей Корнилов в обычной жизни крайне редко проявляет свои эмоции. Невысокий, сухой, с вечно полуприкрытыми глазами и неопределенного цвета волосами, начальник отдела специальных расследований Московского полицейского управления производил впечатление если не безразличного, то, по крайней мере, бесконечно усталого человека, однако его мозг работал с редкой производительностью и, несмотря на кажущееся безразличие обладателя, улавливал самые мелкие детали.

— Павлов уверен, что может зацепить Нытика.

Майор молчал. Нытик был правой рукой Чемберлена, недосягаемого пока главаря крупной московской банды. Зацепить его было бы большой удачей.

— Поедешь с Сергеем?

Капитан Шустов, массивный здоровяк, был заместителем Корнилова.

— Конечно, хотя, если вы не против…

— Против.

Васькин вздохнул:

— Есть, патрон, я поеду с капитаном Шустовым.

— Доложитесь сразу же после встречи. Слышишь, Сергей?

— Разумеется! — Сидящий за своим столом капитан поднял вверх большой палец.